(Не)строго бизнес

И страх, он есть. От него никуда не деться, не спрятаться, не забыть. Кто ты такой, Батлер, и кто те люди, что окружали тебя вчера? Что случилось со Стасом Серовым? Убрали или пощадили? По какому праву? Почему ты так спокоен, словно тебя не страшит ответственность за совершённые преступления? Подобная хладнокровная уверенность говорит только об одном – Адриану ничего не угрожает. Он уверен в своей безнаказанности. А я… Как мне воспринимать то, что произошло? Я не знаю, чего ждать от человека, который способен на всё, включая хладнокровное убийство.

Это пугает, но не сильнее, чем неизвестность нового дня. Что он собирается делать со мной? Я – свидетель, как ни крути. Свидетель двойного, а может и тройного убийства. Адриан не отпустит меня… Оставит при себе. Или нет? Контракт все ещё действителен, и я не знаю, хватит ли у него милосердия, чтобы снять с меня этот чертов аркан.

– Мне нравится, когда ты готовишь. Целую вечность обо мне никто не заботился, – произносит Батлер, скользнув губами по моему виску.

Немного странно, вот так просто повернуться к нему и поцеловать в губы, вычеркнув все тягостные, сводящие с ума мысли. Хотелось бы начинать так каждое утро, но, к сожалению, сегодня воздух на кухне накален до предела. Чувствуется общее напряжение, недосказанность, рождающие глубокую пропасть между нами.

Как долго ещё будем притворяться, что все в порядке? Мы похожи на идеальную пару в это утреннее и сладкое мгновение, но я не могу забыть о том, что наши ступни застряли в крови и пепле. Я бы и рада обнять Адриана в ответ, но вместо этого натянуто улыбаюсь и подставляю его губам свою шею.

Батлер нежно облизывает края раны на коже львиным, звериным движением языка.

– Пахнет обалденно. И ты, и завтрак, но тебе не стоило напрягаться с утра. Еще слишком рано.

– Я не для тебя старалась. Аппетит жуткий проснулся. Голодна, как волчица, – пытаюсь пошутить я. Ставлю на стол тарелки, капучино и эспрессо для Адриана.

За завтраком мы вновь играем в «гляделки», в основном, в молчании. Вижу, что он не начнет диалог первый, а сама пока не решаюсь задать вопросы.

Несколько раз ловлю себя на мысли, что боюсь его. Вздрагиваю, когда он делает резкое движение, потянувшись за вилкой…не могу с утра избавиться от кошмарного воспоминания: два хладнокровных выстрела, два трупа, бесчувственный взгляд Адриана. Жуткая картина, как ни посмотри.

Как бы глубоко я не понимала мотивы совершенного преступления, подсознательно я отвергаю правильность антиморального поступка.