Вода насквозь пропитала мою одежду, приклеив ткань к коже. Пижамные штаны и топ были белыми, так что, вероятно, они не оставляли много места для воображения. Я должна их снять. Это было бы так просто, но я не могла заставить себя сделать это. В кабинку хлынул холодный воздух, и я закрыла дверь. Зак стоял напротив меня, всего лишь на расстоянии вытянутой руки, его рука сжимала его член.
Он скользнул рукой вверх и вниз, потом остановился.
— Ты хочешь, чтобы я двигал рукой?
Я кивнула, закусив губу. Он снова принялся гладить себя, впиваясь в меня горящими от голода глазами, отчего у меня в животе поднялся жар.
Я сжала ноги вместе и попыталась напрячь мышцы своего ядра, чтобы немного ослабить напряжение. Было почти болезненно. Я нуждалась в некотором облегчении, но не знала, что делать. Я не могла дотронуться до себя, только не так. Почему нет? В постели, когда Зак обнимал меня за плечи, я не чувствовала ничего странного. И он тоже прикасался к себе.
Зак тяжело дышал, его движения становились все быстрее, костяшки пальцев побелели от железной хватки на его теле.
Я задумалась, что было бы, если бы именно я сделала это с ним. Я почувствовала, как у меня между ног становится мокро. Он издал долгий стон, обхватив рукой кончик своей длины, когда кончил. Я сделала глубокий вдох, ожидая вспышки страха, но ее не было. Только очарование и желание. Я хотела прикоснуться к Заку. Хотела, чтобы он прикоснулся ко мне. Он заставит меня чувствовать себя хорошо. Я знала.
Зак уставился на меня, все еще сжимая себя руками, когда вода смыла следы его оргазма.
Он выглядел так, словно ожидал, что я вот-вот сойду с ума. Это было почти комично. Я разразилась смехом. Мне казалось, что я снесла еще одну из своих стен, и это было невероятно.
Облегчение омыло лицо Зака, и он усмехнулся.
— Это было...
— Странно?
Он покачал головой.
— Горячо. По крайней мере, для меня.
Внезапно я почувствовала себя смелей. Возможно, это было потому, что член Зака становился мягким, и он не представлял непосредственной угрозы, что было глупо думать, но мой мозг был запутан, так что его логика была не совсем разумной.
— Я хочу снять с себя одежду, — прошептала я.
Зак перестал умываться.
— Хорошо?
Я не могла смотреть ему в глаза, когда сказала:
— Без прикосновений.
Господи, неужели я могу говорить еще более жалко? Почему Зак терпит меня?
— Без прикосновений, — тихо сказал Зак.
Он заложил руки за спину, зажав их между стеной и своим задом.
Я схватилась за подол своего топа и остановилась.
