Она казалась почти синей из-за цвета плитки в бассейне. Волосы ещё больше завились в непослушные локоны и прилипли к широкому лбу. Он их поправил рукой, уложив как обычно назад, при этом выглядел настолько красивым, что я сглотнула ком в горле и еле произнесла:
— Я хочу чувствовать тебя в себе...хочу, чтобы ты любил меня, как раньше...— непроизвольно трусь задом об головку, стараясь опуститься на его член.
Но почему-то его руки удерживают мою попу вместе с бедрами и не позволяют этого сделать. Провожу ладонью по его слегка колючей скуле и он поддаётся на встречу ласке, трется,целует её.
— Ты уверенна?— каким-то загадочным голосом спрашивает меня, приводя в недоумение. Раньше его желанием было «попросить», что теперь изменилось?
Я только киваю головой, соглашаясь. Пару шагов в воде и сильные мужские руки меня усаживают на бортик голой попой, его низкий голос командует опереться руками о пол сзади спины. Я подчинилась не раздумывая, не до конца понимая его действия. Валентин чему-то улыбнулся и, наклонившись ближе к моей груди, расстегнул застёжку мокрого бюстгальтера, снимая его и отправляя к своей разбросанной по всюду одежде.
— У тебя красивая грудь...девочка моя. —его широкие ладони нежно касаются их, скользят и массируют, зажимая между пальцами розовые вершинки. Моё тело вздрагивает, когда его рот жадно припадает к упругим полушариям, лаская языком набухшие горошинки, нежно покусывая их поочерёдно. Запрокидываю голову назад от нарастающего возбуждения и тихо выдыхаю стон, сводя при этом колени вместе и зажимая пальчики на ногах от дикого удовольствия.
— Чего ты хочешь, Валерия? Откройся мне...назови свои желания, малыш... — голос звучал настолько низким и бархатным над моим ушком, что я ощутила порхающих бабочек во всем теле, рвущихся наружу бешеным потоком в несчётных количествах...
Продолжение скоро..;)))
Продолжение.
Если бы в эту минуту я могла ясно соображать, и выговорить хотя бы слово... Моим единственным желанием стал он: весь, со всеми его плохими и хорошими сторонами.
То, как он умел себя преподнести женщине — объясняло многое. Его приобретённый опыт заставлял терять здравый смысл, совершать безумные поступки, не задумываясь о высокой морали. Он не был Святым...Я не была первой и девственной...Но я чувствовала себя единственной.
— Я хочу тебя...всего, Валентин. Мне нужен ты!
Обнимаю его за шею крепко, как будто он сейчас растает и превратиться в мечту. Его волосы дурманили особенным запахом, сводили с ума. Я зарылась в них лицом.
