Не та девушка

Одеваю платье на чистое тело, а на шею тонкое серебряное колье, мамин подарок. Вот и все. Я готова!

Наступает время садиться в карету, мы с сестрой, приодетые и накрашенные, спускаемся в холл. На входе замечаем двух мужчин, повернутых к нам спиной.

Один из них очевидно отчим. Он нацепил свой мундир советника — наверняка, желает своим импозантным, представительным видом перещеголять сира Крёза. Надо признаться, мундир и правда ему невероятно идет. Подчеркивает горделивую осанку и широкий разворот плеч.

Кажется, мама впервые увидела его именно в этом одеянии.

Несмотря на то, что отчим сегодня хорош, второй мужчина его превосходит. Он намного выше. Своим могучим сложением, выправкой и цветом волос один в один напоминает Хродгейра, в остальном же является его противоположностью.

Одет в кольчугу тонкой эльфийской работы. Он явно не беден, опрятен и ухожен. По непринужденным жестам видно, он чувствует себя в своей тарелке даже в обществе отчима. Этот незнакомец так сильно притягивает внимание, что я чуть не слетаю с лестницы, оступившись.

Когда я ойкаю и хватаюсь покрепче за перила, мужчина оборачивается. И, вскоре восстановив равновесие, я… с изумлением таращусь в янтарные глаза стоящего передо мной красавца.

— Хродгейр? Ты?!

— Ты обворожительна, — произносит он с легким поклоном. Восхищения в его глазах, похоже, не меньше, чем в моих.

Я ожидала, что полукровка на званый обед явится в том же виде, что обычно, и теперь никак не могу оправиться от потрясения.

Кожа, очищенная от глины, выглядит так… по-человечески нормально! Так вот каков он вне стен замка? Или это разовое исключение в честь сегодняшнего мероприятия? В честь меня? Прежде, чем успеваю прийти в себя, раздается сердитый окрик отчима:

— Ты заставила меня нервничать, Ханна! Мы опаздываем. Это недопустимо.

Едва заставляю себя прикусить язык. Вины моей в опоздании нет. Почти. Сначала случился «пожар». Потом Гретта в последний момент замазала платье ярко-красным фруктовым соком, и нам срочно пришлось искать ему замену.

Однако спорить с отчимом себе дороже. Поэтому как всегда, кротко извиняюсь:

— Прости, сир. Это больше не повторится.

— Разумеется, не повторится. Больше я не собираюсь выводить в свет безответственную, расхлябанную девицу! Так что наслаждайся. Это твой первый и последний раз, — и повернувшись к Хродгейру, добавляет ядовито, — Ваш первый и последний раз.

Глава 36

Мы забираемся в карету.