Онлайн-библиотека книг
— Моя, понимаешь? Да если бы я знал, что она моя, мы бы с тобой поженились еще прошлой осенью, ясно тебе? Я бы не уехал, не потерял столько времени… Ты не представляешь, сколько я пережил, Женя! В общем, так: я сегодня же позабочусь об официальном удочерении Нонны, и ты, милая моя невеста, готовься идти под венец в ближайшем будущем. Это не обсуждается, ясно? Моя дочь должна жить в браке, в нормальной семье.
Женя часто заморгала, нервно сглотнула, сообразив, к чему он вел.
Рубен же расценил ее реакцию по-своему и процедил с издевкой:
— Переживаешь, что сразу потащу в койку? Можешь не волноваться, милая! Насильно тебя трахать я не буду. Но учти, если ты со мной не спишь, я сплю с другими, это ясно? И опция развода в нашем браке будет отключена по умолчанию.
Он развернулся и зашагал вон, не заботясь о ее реакции.
Женя обессиленно плюхнулась обратно на стул, закусила губу.
— Вот и поговорили… — тихо простонала, смахнув со щеки непрошеную слезу.
Завтракать резко расхотелось.
Женя встала и пошла обратно в детскую.
Рубен, конечно, никогда не отличался особенной деликатностью, но орал на нее впервые. И оставить такой взрыв без ответа она не могла.
Подошла к колыбельке, заглянула в личико Нонны. Та как раз открыла глаза и будто бы даже с пониманием на нее посмотрела. Женя готова была поклясться: если бы та могла говорить, в эту минуту сказала бы что-то из разряда: «Ничего, мам, прорвемся!»
— Прости, малышка, но в парк мы с тобой сегодня не пойдем.
Глава 63. Девчонки со вкусом
— Ты же будешь хорошо себя вести? — спросила Женя у Нонны, укладывая ее в небольшую красную коляску-люльку, выставленную водителем прямо на тротуар у торгового центра. — Маме очень нужно, чтобы ты хорошо себя вела.
— Ага, — улыбнулась ей Нонна.
— Вот за что ты мне нравишься, так это за то, что всегда меня понимаешь! — Женя погладила дочь по головке, полюбовалась тем, как та замечательно смотрелась в своем розовом костюмчике с утятами, и тронулась в путь.
— Я с вами, Евгения Анатолиевна, — тут же загудел Игнат, телохранитель, которого к ней приставил Рубен.
Женя поджала губы и представила, как неловко ей будет делать то, что хотела сделать, при этой горилле.
