Первый порыв его был – проверить мысленно, что он мог при Джеймсе наговорить о Пайпе. Справившись с вполне естественным смущением и вновь овладев собой, он потребовал тишины и велел констеблю Райту проводить всех, кроме Джеймса, в гостиную, остаться там с ними и проследить, чтобы никто ни с кем не разговаривал.
– Я буду каждого спрашивать по очереди, что вам об этом известно, – объявил Коки, окончательно бросив дружеские замашки, и подумал, потирая руки: «Наконец-то мотив!»
Компания гуськом потянулась к двери: Пенрок серьезный и встревоженный, Генри с Венис ошеломленные, Фрэн – постоянно оглядываясь на Джеймса.
Леди Харт обернулась уже на пороге и придушенным голосом крикнула инспектору:"
"– Не думайте, пожалуйста, будто я об этом знала! Ничего я не знала!
И бросила на Фрэн убитый, молящий взгляд.
Констебль, придержав старую леди за локоть, захлопнул дверь у нее перед носом.
Фрэн и Венис в сопровождении полицейского вышли на террасу, а оттуда спустились на покрытую снегом лужайку.
В дальнем углу, где речка пересекала железнодорожную линию, виднелся темный горбик беседки. Вокруг суетились черные фигурки, занятые своими таинственными обязанностями. Голоса далеко разносились в холодном чистом воздухе. Обычно беседку никто и не замечал, а тут она вдруг словно заполонила весь сад.
Фрэн спросила с тоской:
– А можно нам где-нибудь еще погулять? Не могу здесь!
– Наверное, можно спросить полицейского.
– Я не решусь, – апатично ответила Фрэн.
Венис ради своих любимых решилась бы на что угодно.
Обернувшись к полицейскому, она произнесла спокойно и очень вежливо:
– Скажите, пожалуйста, можно нам пройтись по полю? Например, через железную дорогу и немножко по берегу реки. А то здесь не очень приятно…
И она кивнула в сторону беседки.
Поля по обе стороны реки выглядели совершенно невинно.
– Наверное, можно, мисс, – великодушно разрешил полицейский. – Только далеко не уходите, и, конечно, я с вами.
Мощный, основательный, он смотрел на них сверху вниз, и хотя не был склонен к праздным фантазиям, две бледные девушки с грустными глазами и повязанными на голове косынками казались ему похожими на беженок.
– Я за вами буду идти, мисс, – пообещал он.
Они перешли через железную дорогу, проваливаясь в сугробы, – снег скрипел под ногами, – и дальше двинулись через поле к берегу реки, где гуляли вчера. Сестры не держались за руки, но чутко ощущали настроение друг друга, как это бывает у близнецов.
