(Не)Только бизнес

   – Там нет потрясающих коктейлей,таких, что способен сделать только ты, – она откровенно флиртует.

    – Что будешь пить, Ди? – спрашивает Стив, решив обратить на себя внимание блондинки и оградить меня от ее притязаний. Надо будет распорядиться насчет небольшой премии для инициативного парня. Не первый раз выручает, заслужил.

   – «Секс на пляже», - c чувственным придыханием отвечает девушка, при этом смотрит толькo на меня. - Эйд мне сделает. У него получается лучше.

   Слышу, как Стив раздраженно бормочет под нос что-то оскорбительное в адрес Ди, но oна слишком поглощена изучением моей физической формы, чтобы реагировать на недовольство второго бармена.

Выполняя заказ, я перевожу взгляд на парочку за столиком и с удовлетворением замечаю, что гордячка немного оттаяла и заметно напряглась, увидев свою подружку, разложившую огромные сиськи прямо перед моим носом.

   Очередная спонтанная идея формируется в моей голове мгновенно. Переключив максимум внимания на Ди, я ненавязчиво завожу разговор об одном неприлично богатом разведённом бизнесмене, который пропустив несколько шотов, поведал, что поехал в круиз с целью найти себе новую избранницу.

Желательно блондинку с пышными формами. После последних слов Ди проявляет бурный интерес, засыпав меня вопросами. Глаза заглотившей крючок девушки алчно и увлечённо блестят, когда я сообщаю, что именно сейчас, немецкий одинокий миллионер находится прямо за ее спиной. Воодушевленная блондинка оборачивается через плечо, ревниво окидывает Эмилию оценивающим взглядом. По пренебрежительному фырканью становится ясно, что вчерашняя дружба между девушками моментально осталась в прошлом. Ди поправляет верх откровенного бикини, расправляет плечи, грациозно спрыгивает со стула и, виляя бедрами, отправляется на охоту за Цукенбергом.

   С ухмылкой наблюдаю, как она подплывает к столику, где расположились любвеобильный немец и заносчивая Гордеева. Цукенберг ожидаемо переключается на блондинку ещё до того, как та без спроса садится на свободный стул. Через пару минут мужчина смотрит на грудастую сирену, как на Αфродиту, выходящую из пены морской, а еще через пять минут, они вдвоем уходят в неизвестном направлении, оставив опешившую Эмилию Γордееву в гордом одиночестве.

   Представляю, в каком она недоумении. Это хлёсткий удар по женскому самолюбию. Мне даже немного ее жаль. Она неотрывно смотрит на зажатую в пальцах маленькую, фарфоровую кружку. Поднявшийся ветер треплет волнистые волосы, бросая темные пряди ей в лицо.