Не трогай меня

Слухи об изнасиловании вытекли за пределы Милфорда. А когда я согласился на сделку с Саймоном Шоу, даже он не смог остановить эту информационную лавину. Пресса жаждала подробностей. И я был готов на всё, что угодно, лишь бы остановить это сумасшествие.

Саймон дал мне деньги, и именно мне пришлось передать их той девчонке. Это было частью сделки. Коп даёт взятку жертве за её молчание, тем самым падая на самое дно.

Никто из друзей не знал об этом падении. Я не смог сказать им, что действовал с Саймоном в одной упряжке.

Потому что чувствовал себя запачканным, грязным, раздавленным.

Руководствуясь лишь одним мотивом — спасти друга — я всё равно не мог найти себе оправдание.

Скажи я Киллу о сделке, он, вероятнее всего, отказался бы. Ведь он никого не насиловал. Он спал с той девчонкой, да, но он покинул комнату и туда не возвращался. А Саймон вернулся и…

Мой друг так и не понял, что его отцу плевать на родственные связи. Саймон должен получить всё, и неважно, какие жертвы будут принесены для этого.

И Киллиан сел бы в тюрьму, чего я допустить не мог.

Общественность отметала причастность к этому делу своего любимца, и когда девушка забрала заявление, все продолжали шептать, что это сделал его сын. Киллиан вообще не знает, о том, что в заявлении фигурировало его имя. Я сделал всё для того, чтобы распространить ложную информацию, называя только имя Шоу-старшего. Но всё было зря, ведь я собственноручно отнёс деньги девчонке. Для отвода глаз прессы провернул увольнение нескольких человек из персонала яхт-клуба, работающих в тот злополучный вечер.

И в итоге пустил слух, что в клуб пробрался неизвестный, а мы просто просмотрели его.

Яхт-клуб оброс плохой репутацией, но Килл был на свободе. Впрочем, как и Саймон…

Злость на него достигла апогея, так же, как и ненависть к самому себе. Этот ублюдок изнасиловал девушку, просто чтобы показать мне, что он всегда выигрывает. А я просто отнёс ей деньги, тем самым заставляя молчать. Однако оправдания для самого себя у меня тоже имелись.

Девчонке заплатили дважды. Сначала чтобы она обвинила Килла, а потом — чтобы перестала обвинять. В этом она не была похожа на Тайлер, и это немного притупляло чувство вины. Но воспламеняло во мне очередную волну жажды возмездия. Мне хотелось получить флешку Тайлер, чтобы расквитаться с этим ублюдком. И сделать это немедленно…

С Тай мы не виделись несколько дней. И я не звонил ей… Впрочем, как и она мне. И это тоже выводило меня.