Аня отвлеченно подумала, что впервые видит семью Батурова. За целый год, что она у него работала, не помнила, чтобы тот упоминал о них. Она невольно повела плечом.
И тут почувствовала, что Илья мягко накрыл ее руку своей. Обернулась, а он жадно вглядывался в ее лицо.
- Как ты?
- Я в порядке, - Аня постаралась выдавить улыбку.
- Ты не обижаешься, что у тебя не было всего этого? - спросил, показывая рукой в зал.
Стоило только представить, что ее мама присутствовала бы на их тихой свадьбе, она усмехнулась, вскидывая брови.
- Нет. Конечно, нет.
Мужчина шумно выдохнул и проговорил:
- Потерпи еще немного, Анечка. Посидим для приличия в ресторане - и все."
"Она и сама понимала. Радовало только, что есть какой-то регламент, бесконечная церемония в загсе когда-нибудь закончится. А в ресторан только вечером, у нее будет перерыв. И это хорошо.
***
Все это время Батуров не сводил с нее глаз. Неявно, но следил постоянно, искал взглядом в толпе. Жадно вглядывался, пристрастно, ловил нюансы. Явно между ней и тем мужиком было что-то, какое-то эмоциональное единство.
Мысль, что они были близки да еще она успела забеременеть от этого типа, заставляла его гореть изнутри и наливаться яростью.
А драгоценного тестя хотелось зарыть, но еще больше суку Ильдара.
Отдельной неприятностью оказалось, что они не поедут с остальными. Когда тесть сообщил, что Муратов с женой присоединятся к ним в ресторане, он испытал жгучее разочарование. Все откладывалось! Потом успокоился, в ресторане будет больше шансов.
Те несколько часов его сжирало нетерпение.
Он еле выдерживал присутствие Алины рядом и необходимость постоянно улыбаться. Когда наконец все закончилось и их привезли в ресторанный комплекс, первое, что он искал в зале, - ее лицо.
Она была там.
В первый момент казалось, с ума сойдет от ревности. Но теперь все. Надо было успокоиться и выждать момент. Не будет же она сидеть за столом как прибитая. Выйдет в туалет. И вот тогда.
Тогда. Поговорить с ней. Перекинуться парой слов. Спросить, какого хера это все.
Но все вышло иначе.
Всего три тоста. Потом Муратов вручил подарок и попрощался.
Когда Вадим увидел, что тот уводит Анну, он испытал нечто похожее на физическую боль.
Невозможно было принять, что разговор откладывается, он категорически отказывался. Быть не могло. Казалось, что еще можно все отыграть, нужен просто подходящий предлог, чтобы задержать, а дальше…
Вадим пристально следил, как женщина исчезает в толпе.
И вдруг она остановилась.
Да, мать его.
