— Твой папа тоже не бил, не пил, не гулял, вроде бы… Не знаю, — пожала плечами. — Мы вместе тридцать восемь лет, я бы не дала руку на отсечение относительно верности. А ты… Ангелина слишком любила и многое тебе позволяла, ты пользовался. Ты ее любишь, я верю, но раньше постоянно подавлял ее. Ты был центром, а она крутилась вокруг тебя где-то на периферии. Сейчас Ангелина на равных с тобой. Тебя это бесит, раздражает, тебе непонятно и непривычно.
Я опустил голову. Мама права. Это новая Геля меня смущала и удивляла.
И бесила, да. Непокорная, совсем другая! Но я люблю ее любой. Правда, у меня даже не было возможности признаться в чувствах. Я столько раз говорил, как хочу ее. Жена смеялась и указывала на дверь. Я трусил сказать о любви и узнать, что меня не любят. Искренне признаться и получить честный ответ. Сейчас все складывалось так, что казалось, будто бы Ангелина меня действительно разлюбила.
— Не пытайся переделать и подмять жену, просто люби ее и сына.
— Думаешь, Геля ответит?
— Время покажет, — закончила мудро.
— Мам, а ты не думала развестись? — вопрос стал и для меня самого большой неожиданностью. Мама вскинула голову, взгляд такой загнанный. Я невербально ощутил, как ей сложно. — Мама, если ты хочешь, просто скажи. Я поддержу.
Она сжала мою руку, очень крепко, даже не думал, что такая хрупкая женщина может быть такой сильной."
"— Мы разберемся, сынок. Сами разберемся, — и поцеловала меня по-матерински нежно. Какой же я придурок: требовал от жены выбрать между мной и ребенком.
Неужели забыл, что такое материнское сердце? Моя мама любила меня очень сильно и вопреки всему. Правда, ее материнское сердце однажды пошло на поводу у жестокой реальности.
Я уехал на заседание в правительство. Освободился только в пять вечера. Дел столько, что не расхлебать и до двенадцати ночи, но я забил. Поехал за сыном в сад. Обычно его Ангелина забирала — у нее график гибкий. У меня, к сожалению, нет столько времени, чтобы чаще приезжать вот так пораньше, но я мог бы отвозить его.
Нужно обсудить с женой этот вопрос. Пора ей уже доверить мне нашего ребенка.
— Здравствуйте, а вы за кем? — спросили на охране.
— За ребенком, — ответил сухо. — Или у вас, кроме детей, кто-то еще есть? — решил смягчить шуткой.
— Фамилию, — строго спросила.
— Мантуров Егор.
— Ждите здесь. Вызову воспитателя. Мы, знаете, раньше вас не видели.
Вот старая су… Возрастная женщина.
