Если Егор был уже вменяем и различал хотя бы в теории хорошо и плохо, то наша четырехлетка — маленькая катастрофа. Ей точно нужна будет жесткая рука.
— Мам, Есеню забери, мне с папой поездку на новогодние праздники обсудить нужно.
— Какую поездку? — удивленно переспросила.
— Ой, — сделал невинные глазки. — Никакую.
Егор убежал навстречу отцу с сестрой. Я отвлеклась на гостей, мысленно вспоминая следующие два года после пересадки. В то время мы приняли два важных решения. Первое, Тимур ушел из политики. Должность министра была практически его, осталось подписать указ, но одним из вечеров мы сидели вдвоем у камина, разговаривали ни о чем и обо всем, обсуждали наши планы на будущее.
Тимур сказал, что не хочет больше играть с высокими ставками. Хочет больше личной свободы и времени на семью. Я готова была поддержать его в амбициозной карьере чиновника, но когда решил завязать со всем этим — вдвойне обрадовалась. Я хочу мужа рядом больше и чаще — кто меня осудит за это?!
Второе судьбоносное решение: мы захотели попробовать родить еще одного ребенка.
Это для нас был момент наивысшего доверия друг к другу, но на этот раз мы начали подготовку максимально задолго: советовались, задавали вопросы, озвучивали страхи и опасения. Нам предложили как один из вариантов — эко. Оно исключало генетические аномалии. Да, процедура не прогулка по летнему саду, но мы лишились хотя бы половины страхов, а еще нам разрешили выбрать пол ребенка. С учетом анамнеза для нас сделали исключение. Вообще это категорически запрещено.
Мы захотели дочку."
"— Душа моя, о чем задумалась? — Тимур обнял сзади.
— О тебе, — шепнула в ответ и громко добавила: — Кто это ко мне пришел!
— Этя я! — ответила дочка. Я подхватила это пирожное в королевском платье, которое не хотел обнять и поцеловать только абсолютно бесчувственный человек.
— Гель, я отойду, Егор ждет. Кое-что обсудить…
— Что именно? — невинно захлопала глазами.
— Потом узнаешь, — меня поцеловал в губы, а Есению чмокнул в нос.
Ладно уж, пусть мои мужчины плетут свои добрые интриги, а мы пойдем торт достанем.
— Тортик будешь?
— Будю.
Мы пошли готовить торт с десятью свечками. Праздник-то в самом разгаре!
Мы с Гелей приехали в хоспис. Сегодня была вторая годовщина со смерти отца. Для него эти годы были, наверное, самыми не простыми в жизни. Мама не отступила, и они все-таки развелись. Отец все равно пытался ее вернуть. Просил прощения. И не только у матери. У меня и Ангелины. Внуков видеть хотел.
