Сердце подсказывало, что все эти скрининги и тесты не истина в последней инстанции, а врачам, даже великим светилам, свойственно ошибаться.
— Мамь, — в дверях застыл заспанный Егор. Мой красивый темноволосый мальчик. Очень рослый для двух с неполных трех лет, в отца. На Тимура был очень похож. Бывает, что по ребенку сложно сразу определить сходство с родителями, но это не наш случай. Стопроцентный Мантуров.
— Иди сюда, — выключила видео и поманила на ручки. — Обедать будем, котик? — поцеловала в щечку. Он позволил.
Егор мальчик настроения: иногда ласковый и игривый, иногда серьезный мужчина, не терпящий телячьих нежностей.
Утром после родов написала бывшему мужу всего два слова: «я родила». Он не ответил. Я не стала ставить его в известность, что у нас обычный нормотипичный ребенок. У моего сына нет отца и по документам в том числе. Фамилию, правда, я не поменяла: не было времени и моральных сил. Да и привыкла уже. В мире ведь много однофамильцев, вот и мы такие с Мантуровым. Ничего общего, кроме фамилии.
Мама, конечно, порывалась послать ему пару наших с сыном снимков. Но мне это не нужно: не хочу видеть этого мужчину. Не хочу его в нашу жизнь. Зачем мне рядом предатель? Но деньги назад не отправляла. Засунула гордость поглубже и собирала на специальный счет алименты, которые ежемесячно платил Тимур: каждый месяц после нашего развода и по сей день. Деньги на жилье тоже получила, но мне не нужно пока. Дом у родителей большой, раньше они сдавали комнаты в сезон, сейчас уже не хотят лишних людей на своей территории.
— Ну что, поехали к тете Алене и Ксюше?
Мы с Егором собрались на объект. Лето, дороги загружены приезжими, дышать нечем. Это люди на курорт к морю приезжали, а у меня времени совсем нет сходить и освежиться. Мама, когда на выходном после смены в больнице, брала Егора и вела на небольшой пляж: он каменистый, узкий, с плохим заходом в воду, поэтому для приезжих совершенно не привлекательный, но вода чистая, просто нужно привыкнуть к неудобствам.
— Ангелина! — навстречу вышла Алена.
Она была старше меня на три года, но внешне это никак не отражалось: мы обе выглядели чуть за двадцать. — Привет, Егорка! — улыбнулась ему и потрепала по волосам. — Ксюшка уже ждет тебя, — и на меня посмотрела: — Наши в бассейне играют, пусть к ним идет.
— Ален, а как же… — оглянулась на грузчиков, разгружавших мебель. — Я ж не пригляжу за ним.
— Не волнуйся, — сжала мою ладонь и взяла за ручку Егора, — там Надежда Рудольфовна и Дима.
