Я уж точно не стану тебя осуждать или как-то думать плохо. Но Алекс твой родной племянник, это ненормально, что ты его даже на ручки взять не можешь. Подумай о сестре. Каково ей видеть такое пренебрежение со стороны брата?
Камень судорожно вздохнул, поиграл желваками и сглотнул, всё так же отрешённо глядя на заходящее солнце.
− Я сам не понял, как замкнулся в себе. Мне... не хочется привыкать к детям. Чувствовать... каково это, − каждое слово давалось ему с трудом. - Я сознательно отгородился, потому что так легче.
Ведь стоит только попробовать... совсем чуть-чуть, это хуже, чем наркотик...
Аня понимающе кивнула и сделала:
− Пр-ру-у, − агукающему Курчонку. - Каждый выбирает то, что хочет. Но мне кажется, ты хочешь не этого. Не одиночества. Просто боишься.
− Ты же сказала, что не психотерапевт? - язвительно произнёс Камень, явно, защищаясь.
− Извини, − миролюбиво отозвалась Аня. - Но, правда, ведь он хорошенький? Посмотри только на эти пальчики? А глазки? Смугленький и голубоглазый. Мечта всех девчонок.
Камень подозрительно покосился на Курчонка, но на руки так и не взял.
Аня не стала заострять на этом внимание. Не ей судить Кирилла. Что она знает о ситуации, в которой он побывал? Почти ничего. Несмотря на один общий диагноз, каждому пришлось пройти через свой персональный ад. Аня не опустила руки, не захотела отгораживаться от мира, но кто знает, насколько её ещё хватит и где предел выдержки и терпения? У каждого он свой: свой предел.
Три часа гулять не пришлось. Мария позвонила на исходе второго и сообщила, что всё готово.
Быстро управилась.
За ужином молчаливый грек, что удивительно, разговорился. Оказывается у Марии очень общительный супруг, с чувством юмора, особенно когда рассказывает, как он счастлив, что уехал подальше от многочисленных родственников.
Аня ела томатное блюдо с мясом и, кажется, фасолью, даже не поинтересовавшись, что это. Ухаживала за Камнем, который особо не трудился создавать видимость отношений между ними. Подкладывая очередной салат, она прошептала ему в ухо:
− Ты хоть улыбнись мне, что ли.
..
− Я не проявляю на людях чувства. Мария знает, − так же тихо отозвался он, щекоча кожу дыханием.
И что на это скажешь?
После вкусного ужина и весёлых разговоров под замечательное вино, самое страшное было ложиться спать. Опять...
− Хочешь, лягу на полу? - без энтузиазма предложила Аня, благородно решив уступить.
− Не выдумывай, − отмахнулся супруг и прошёл в комнату, на ходу снимая рубашку. - Ложись.
