Как назло, «супруга» уже встала и снова занималась беспределом, хотя Кирилл очень надеялся, что она ещё сладко потягивается в своей кроватке. И вы только посмотрите! Опять на ней кусок ничего не прикрывающей ткани, тряпочка один словом. А уж когда Юзова рукой за грудь схватилась, оставив мокрый след...
Дом перестал быть домом - местом, где ничего не беспокоит. Одни раздражители кругом. Зачем надевать такие короткие шорты? Да, они почти до колена, но могли быть и ниже. Или это уже не шорты, а штаны?
Кирилл взял себя в руки.
Абстрагировался. Надел элегантный, модный костюм, причесался, побрился. Настроился на работу и встречу с другом, но восхитительные запахи в столовой снова превратили его в недовольного и грубого холостяка интроверта.
«Может, сделать ей отдельную кухню?» - подумал, ковыряя свою кашу. Пусть себе там... творит. И вытворяет. Ещё и предлагает негодница. Искушает, подобно змею в Эдемском саду. Нет. Пусть сама придаётся... греху... Чёрт! Вот зачем было думать о грехе?
Кирилл украдкой опустил взгляд под стол, посмотрел на оттопыренную ширинку брюк, заскрипел зубами и поспешил удалиться, напомнив этой.
.. бесстыжей женщине о делах...
Представитель «Солнечного берега» оказался самым настоящим занудой. Нет, Кирилл и сам не далеко не весельчак, шутками не сыплет, оптимизмом не блещет. Но разве можно так медленно проговаривать слова, делая такие огромные паузы? И пережёвывать одно и то же по десять раз. И когда казалось, всё уже обсуждено, этот... представитель возвращался к какому-то вопросу, и всё начиналось по новой.
По сравнению с этим - Юзова воплощение невинности, ангел!.. с какой стороны не посмотри.
Кстати, время близится к одиннадцати утра, а от несносной «жены» нет никаких сообщений. Могла бы написать, отчитаться, собирается ли на встречу...
Кирилл мужественно закончил переговоры, и они, вроде как, увенчались успехом. Нет, ещё ничего не подписали, но представитель турфирмы пообещал, что свяжется с руководством и назначит встречу. Деловую.
Сел в машину слегка нервничая. До Уитона добираться всего ничего, но знаменитые Лондонские пробки... Костя наверняка уже приехал: он любит неожиданные появления, хотелось бы встретить друга раньше «супруги».
Константин стоял у крыльца китайского кафе, засунув руки в штаны мотто-костюма. Кожаная куртка небрежно расстёгнута, меллированные прядки, будто выгоревшие на солнце, торчком, а в зелёно-карих глазах знакомый азарт и незнакомое предвкушение чего-то.
