Если тебе неуютно и нехорошо в театре, ты можешь бросить работу прямо сейчас. Слава богу, в деньгах мы не нуждаемся.
Подобная забота растрогала Джастину. Она чувствовала себя на вершине счастья. Одна беда. Малыш еще до рождения вел себя плохо. То ли из-за жары, то ли из-за чего-то еще. Джастина и сама этого не понимала. Ее тошнило не только по утрам, но целыми днями. И пора бы этой тошноте давно прекратиться, а ей конца было не видно. В весе Джас прибавляла мало и медленно. Ее, между тем, мучили отеки и так сильно поднялось давление, что доктор всерьез забеспокоился.
Сперва он предложил ей лечь в больницу до самых родов, но после долгих раздумий и совещаний с Лионом они решили, что лучше все- таки ей быть дома. Психологический комфорт тоже играл немалую роль в процессе улучшения самочувствия женщины. С этим согласились и Лион, и доктор. Тем не менее, несмотря на отчаянные старания окружавших ее людей привести все в норму, Джас чувствовала себя все хуже и хуже. И в результате произошло то, что и должно было произойти рано или поздно.
Во время спектакля, на самой эффектной и мощной сцене она потеряла сознание. Вокруг началась суета, занавес опустили, спешно вызвали «скорую». Джас быстро пришла в себя и уехала домой. Однако, после этого происшествия ей в театре стало совсем нехорошо. Все вокруг замечали, что она плохо себя чувствует, но помочь ничем не могли. Театральная жизнь при внешнем лоске отличалась особой творческой жестокостью. Играть хорошо Джас не могла, а плохой игры Клайд бы не потерпел.
Пожалуй, в театре не было человека, который бы не понимал, чем разрешится эта весьма щекотливая ситуация. Кое-кто из актрис, понимающих несомненную для них выгоду, которую можно извлечь из данного положения, уже начали увиваться вокруг Клайда. И Джас вполне могла их понять. Кто же не мечтал получить такую роль, да еще в спектакле, столь лестно охарактеризованном критикой, как «лучший спектакль сезона». Рано или поздно эту роль все равно будут вынуждены передать кому-нибудь другому, так почему бы не заложить фундамент будущей славы и богатства именно сейчас, пользуясь моментом?
Клайд тоже с тревогой наблюдал за своей любимой актрисой, но, к чести продюсера, надо отметить, что он решил пока не торопиться, не желая осложнять и без того не самую простую атмосферу, создавшуюся в театре.
Все решилось окончательно после того, как Джас во время очередного спектакля потеряла сознание дважды за вечер.
