Но может быть и так, что твоя карьера не сложится, и ты не будешь ничего зарабатывать, и тебя не будут покупать, и известной ты не станешь. Это очень тяжелый удар; а карьера художника, насколько я могу судить о подобных вещах, вообще зависит практически только от того, под счастливой ли звездой ты родилась.
— Ну и что. Подумаешь. Тогда я буду рисовать для себя. Или буду зарабатывать преподаванием. Но, я думаю, такое вряд ли случится. А если и случится, то я все-таки не из бедной семьи. С голоду не помру, — фыркнув, заявила Элен, тряхнув головой.
— Но не собираешься же ты всю жизнь сидеть на шее у родителей? Постепенно тебе станет стыдно.
— Да о чем ты говоришь, бабушка? Я совершенно уверена, что меня ждет на этом поприще великолепное будущее. У меня масса возможностей. Я прославлюсь, меня узнает весь мир. Мои картины будут продаваться за огромные деньги, и во всем мире я буду устраивать свои выставки.
— Да, дорогая, скромности тебе не занимать. Подобная уверенность, наверное, по-своему неплоха, но если бы она еще и была близка к истине.
.. Я бы, на твоем месте, прежде, чем делать такие громкие заявления, сначала. все- таки поучилась бы и посмотрела бы, что из этого получится.
— Не веришь, бабуля? Ну, ладно. Вот увидишь. Слава богу, ждать осталось не долго. Я написала родителям письмо, в котором сообщила, что в колледж возвращаться не собираюсь. Кстати, моя матушка в молодости тоже была далеко не «скаут-герлз», а стала классной актрисой.
Так, болтая, Элен исхитрилась съесть до крошки свой обед, встала, громыхнув стулом, и, дурашливо поклонившись и поблагодарив за вкусную трапезу, нацепила на голову наушники и включила свой уокмен «Сони», с которым никогда не расставалась, так громко, что голос Элисон Майет стало слышно даже в соседней комнате. После этого, махнув приветственно рукой, умчалась на улицу.
Через несколько минут все услышали удаляющийся дробный топот лошадиных копыт.
— Господи, — сказал Джимс, — она носится на лошади как сумасшедшая.
Не дай бог, конечно, но, по-моему, она когда-нибудь свернет себе шею.
— Не волнуйся, Джимс, — сказала Мэгги. —
Эта девчонка из тех, кому всегда каким-то чудом удается выходить сухим из воды там, где остальные тонут.
После обеда Мэри и Джимс отправились к ребенку. Остальные^ разошлись, кто. отдохнуть, кто заняться мелкими домашними делами, а Барбара осталась помочь Мэгги убрать со стола и помыть посуду.
