А теперь ушел заваривать чай вместо исполнения супружеского долга.
Так, Булат Альтаирович. Мы будем делать все не так, как нормальные люди? Мы нарушим все правила?
Ну ок. И Гульнара повела плечами, спуская платье.
***Спустя полчаса она вышла из ванной. Ванная тоже была мужской и темно-серой, но ее слегка осветляли вкрапления плитки «под дерево». Что за стереотип: что если интерьер для мужчины, то непременно все в темно-сером цвете?! Рус тоже сходит с ума по темно-серому. Ну, ничего, она наведет тут свои порядки!
Гульнара посмотрела на свое отражение в зеркале.
Лицо вымыто, нанесен легкий, быстро впитывающийся крем, волосы собраны в высокую гульку. И темно-серые трикотажные штаны отлично гармонируют с интерьером. В общем, к первой брачной ночи готова. И к чаепитию тоже.
Ко всему готова.
Когда Гуля вышла в гостиную, она обнаружила Булата за барной стойкой. Пиджак был брошен на диван, на белоснежной рубашке расстегнута пара верхних пуговиц, рукава закатаны до локтя. На ее появление Булат поднял взгляд от телефона, и Гульнара едва не споткнулась.
Тогда, на курорте, когда они впервые увидели друг друга, Гуля смеялась с подругами и говорила о том, что Булат страшный. Она и тогда, конечно, лукавила. Но теперь жизнь за то ее вранье наказала.
Сидящий на высоком табурете в просторной гостиной мужчина был ошеломляюще красив. У Гули будто глаза открылись именно сейчас. Это была его собственная, индивидуальная красота, состоящая из широченных плеч, на которых натянулась рубашка, резких черт лица и коротких черных волос.
Из небрежной позы, которая явственно говорила о том, что своим крупным мощным телом он прекрасно владеет. И венчал все взгляд темных глаз — такой, что у Гули почему-то поджались пальцы на ногах.
Булат поднял руку и похлопал себе по бедру. Это что значит? Гульнара таким жестом обычно звала Винни к себе. Булат таким образом зовет ее к себе?!
Однако.
Медленно ступая по ковру, Гульнара осторожно подошла к Булату. Он поднял руку и коснулся подушечкой большого пальца ее щеки.
— Зубная паста.
— А… Спасибо.
— Я заварил чай. Слушай, а ты не голодная?
— Мы вообще-то только что из ресторана.
— Ты там ничего не ела.
Это правда. Кусок в горло не лез. А Булат, значит, заметил.
— А ты ел?
— Вроде бы. Но не помню точно. Давай поедим? Нам там еды целую кучу наготовили.
— Кто?
— Какая-то женщина. Повар. Я ей перечень блюд скинул, она вчера пришла и все приготовила.
Все это так не походило на то, что Гульнара ожидала.
