( Не)зачёт, Дарья Сергеевна!

- Обо всем, брат, обо всем? - улыбаясь, сжимаю его плечо.

- Ну вас... - шутливо фыркает на нас.

- Чо ржом без меня? - выходит из душа Артем, брызгая водой в нас с пальцев.

Проебал схватку и не вошёл в финал. Единственный вылетел. Но ему простительно, у него свадьба на носу.

- Быстрее давайте, - смотрит в телефон Марат. - Перерыв заканчивается.

Открываю бутылку с водой, опрокидываю, жадно выпивая.

- Пацаны, а что у Беса с Зимой роман? - выдает Игнат.

Последний глоток встаёт в горле. Ни туда ни обратно.

- Чо - идиот?! - вспыхивает Яшин, толкая его в плечо.

- У Беса семья, Аиша!

Чтобы вода не пошла в другое горло, с усилием выталкиваю остатки воздуха из лёгких.

Выплевываю на пол. Прокашливаюсь.

Растерянно застываю.

- Да просто спросил... Они так "мило" общались. А на меня нарычал за подкат.

- Когда? - разворачиваюсь я.

Нет, я не ревную. Глупость он сказал. У Беса - Аиша, да. Нарычал? Так он на всех рычит в таких ситуациях.

Мысль, что Бес может пошатнуть так нашу устойчивую реальность, стоящую на них с Аишей двоих, болезненна настолько, словно это происходит между родителями.

Они оба практически кумиры в Спарте, "родители", "семья". Спарта это никогда не примет!

Да и Бес никогда не допустит никакой херни в своей семье. У него с понятиями все нормально. Поэтому Игнат прогнал. У Беса - Аиша, у Дарьи - я.

- Когда? - ещё раз переспрашиваю я.

- Янг, ты чо, гонишь? - дёргаются губы Шмеля в неуверенной улыбке.

- Да, вот, полчаса назад, я выходил подышать и... видел их, - отвечает мне Игнат.

- Наверное, ортезы привозила, - пожимает плечами Марат.

Вот... приезжала, и даже не зашла.

Нахмуренно завязываю пояс.

- Янг, ну ты хоть не ёбнись на пустом месте, а? - шлёпает по плечу Яшин. - Бред же.

- Я знаю... Просто, не зашла, - снижаю голос. - А обещала...

Бес возвращается с ортезами.

- Ну-ка, подвигайся. Легче?

- Ну, больновато, конечно...

- Держи, - протягиваю ему гель с обезболом. - Это экспресс.

- Заморский какой-то...

Выхожу из раздевалки.

Застыв, обвожу взглядом многочисленных людей. Вдоль ковра трибуны в три ряда. Дальше "мягкое" пространство для разогрева спортсменов. Малышня кувыркается там. Они с середничками с утра отстрелялись. Теперь ждут старших. Болеют за нас. С ними там Аиша.

Настроение портится окончательно.

И ощущаю мягкие объятия сзади. Руку по спине, и сжимающую предплечье кисть.

С улыбкой разворачиваюсь, и застываю.

Поправляет мне воротник самбовки. Гладит пальцами ушиб на скуле.