Я хотел подольше пожить с Кристиной, дать ей меня узнать, прежде чем родительница попотчует ее историями о том, как я в детстве ел грязь на детской площадке, отрезал двоюродной сестре косу, и сколько у меня было прыщей в четырнадцать. Она ж ничего не утаит!
Но разве это в духе маман – взять да и послушать меня? Ничего подобного.
Как только она услышала про внучку, уже мылила лыжи, хотела сбежать из санатория, куда я купил ей путевку за приличные деньги. Еще бы – внученька, долгожданная, одна-единственная.
Я удержал ее от этого только тем, что выслал ей кучу фото Евы, благо дочка не отказывалась позировать.
Но оказывается, это не помогло. Стоило мне уехать, как маман прискакала. Еще, небось, тяжеленные сумки приперла с подарками, это как обычно. И плевать этой женщине на свое здоровье. Там же ж внуки…
В кого я получился такой терпеливый и во всех местах рассудительный? Прямо не знаю.
– Что она тебе наболтала? – сразу спрашиваю, чтобы определить масштаб бедствий.
А то, что наболтала, – это даже к гадалке ходить не надо.
– Раф, – начинает Кристина недовольным голосом. – Объясни, зачем ты рассказываешь маме про всю нашу жизнь?"
"Точно наболтала… И похоже, что все. Еще бы, у нее же для этого был целый день. То-то Кристина мне не звонила до целых без пятнадцати десять.
– Ничего я ей не рассказываю, – вяло пытаюсь отбиться.
– Тогда почему она в курсе всего? – выдает она убийственный аргумент.
А я понятия не имею, как у матери так мастерски получается выуживать из меня информацию.
Я звоню ей каждый день, чтобы справиться о здоровье. В конце концов, она у меня пожилой человек, который живет один, я должен о ней заботиться. И как-то слово за слово выкладываю ей новости.
Мне, в общем-то, особо больше и некому рассказать про детей, про то, что они творят. С друзьями в последнее время немного разошлись пути. Потому что, по их мнению, я стал жутким душнилой, которого волнуют лишь сыновья. Про Еву опять же хотелось поделиться. А детали про Кристину мама сама из меня вытащила.
Короче, я ни при чем, так получилось.
– Крис, – тяну немного виновато. – Я ей слова про тебя плохого не сказал. А знаешь почему?
– Почему? – тут же спрашивает она.
– Потому что нет в тебе ничего плохого, ни единой частицы.
Тут я, кажется, попал в яблочко, потому что Кристина отвечает уже более миролюбиво:
– Ладно, проехали…
Я уже было выдыхаю, кажется, отстрелялся.
И тут Кристина выдает:
– Только скажи мне одну вещь.
