Мать на мое высказывание лишь саркастически хмыкает.
Отмечает с особым ехидством:
– Ты привел в дом дуру, которая напялила халат твоей жены. Умно это было, по-твоему?
Опускаю голову в знак признания ее правоты.
Ни черта это было не умно.
Лучше бы я тогда потратился на отель, честное слово. Дешевле бы вышло! Раз эдак в сто.
Мать продолжает меня распекать:"
"– Что за дурацкая выходка, в конце концов? Кто в здравом уме водит любовниц домой? Никто этого не делает, Макс. От таких поступков кожа портится.
Мои брови летят вверх.
– При чем тут кожа? – удивленно интересуюсь.
Мать смотрит на меня, как на бездарь.
Ставит чашку на стол и говорит:
– Ох, Макс, неопытный ты еще, чуждый женских хитростей. Настоящая женщина всегда поймет, что на ее территории побывала соперница.
– Это интересно как? – хмыкаю чуть задиристо.
– Вещь не на том месте, чужой волос, запах… Любящая жена даже мусор перероет в поисках улик. А потом все это предъявит кому? Тебе. В результате она хмурая, ты хмурый, а морщины не дремлют…
– Если бы Кристина не явилась домой так не вовремя, я бы все прибрал, – досадливо хмыкаю.
И мне снова достается недовольный взгляд.
– Всякая любовница найдет, как пометить территорию так, чтобы жена это непременно заметила. Есть же неопровержимые аксиомы, Максим, зачем ты споришь?
Ох, женщины, коварный народ!
Кстати, действительно, чего это я спорю? Я за помощью пришел или поругаться? А все ж таки обидно мне до дрожи.
– Да, я сглупил, признаю, – шумно вздыхаю. – Неправильно себя повел, недальновидно.
А Кристина что? Нет чтобы с пониманием отнестись… Она вещи собрала, детей забрала, съехала от меня. Да еще и по роже дала! Ты на мое лицо посмотри, вот!
С этими словами демонстрирую ей левую скулу, которая действительно немного припухла и до сих пор саднит от оплеухи Кристины. Так, чего доброго, еще и синяк появится. Как мне с синяком возвращаться на работу из отпуска?
Смотрю на мать.
Жду, что пожалеет.
А у нее на лице ни грамма сочувствия, одно ехидство.
– Молодец, девка, надо же, не ожидала… – кривит губы в улыбке она.
– Ты хвалишь мою жену за то, что она влепила мне пощечину?! – вконец выхожу из себя.
– Не ершись, – она машет рукой. – Тебе иногда полезно. Для профилактики.
– Все вы, бабы, за одно! Треклятая женская солидарность…
– Глупости не говори. – Мать снова строго на меня смотрит. – Кристина мне никто, а вот ты – сын. Я всегда за тебя.
Хоть что-то в этой жизни никогда не меняется.
– Что мне делать, мам? – смотрю на нее с печалью.
