Не жди меня долго

Ткань, судя по оттиску на пыли, имеет довольно сложное, рельефное переплетение. Пока мы точно не можем идентифицировать происхождение материала. Теперь, по результатам анализа микрочастиц волокна. Состав смешанный: есть вискоза, полиэфир, и хлопок. Цвет, ввиду ничтожного объема исследуемого материала, точно установить не удалось. Могу только предположить: серо-зеленый, серо-бирюзовый.

Он сделал паузу и посмотрел на Стерхову поверх очков, словно ожидая вопросов, но та лишь спокойно кивнула, давая понять, что пока все понятно.

Криминалист удовлетворенно продолжил:

– Теперь к самому важному, на мой взгляд, – он сделал еще одну паузу, подчеркивая значимость момента. – В лаборатории провели сравнительную портретную экспертизу лица на кадрах фильма и лица неизвестного трупа с фотографии. Совпадение установлено с высокой степенью вероятности.

Стерхова наклонилась вперед и достала из папки распечатанные на принтере фотографии.

– У нас появилась еще одно подтверждение, – она встала с кресла и раздала их коллегам.

 – Имя неизвестного практически установлено. Это Сергей Головенко. В ближайшие дни из Москвы пришлют все, что есть по нему.

Горшков подался вперед:

– Хотелось бы поподробнее. Откуда взялась такая информация?

Преодолевая внутреннее сопротивление, Анна все же ответила:

– На кадрах фильма Воронина рядом с неизвестным стоял мой отец.

От удивления Горшков едва не выронил ручку:

– Слишком удачное совпадение, не находите?

– Все объясняется просто. – Отрезала Стерхова. – Малюгин рассказал, что Воронин настоял, чтобы я приехала в Светлую Гавань.

Предполагаю, что он установил личность моего отца и намеренно вызвал меня сюда. Возможно, в надежде, что я опознаю Головенко. Одно ясно точно – мое появление здесь не случайно.

Лев Петров внимательно разглядывал на фотографию с двумя офицерами:

– А как вышли на Головенко?

Стерхова чуть замялась, с трудом сохраняя невозмутимость:

– Моя мать нашла старую фотографию отца вместе с ним.

Ей было неприятно, и она поменяла тему.

– Теперь, давайте поговорим о Кошелеве. Вчера я его допросила. Он рассказал, что звонил Воронину потому, что тот попросил поменять номер. А когда зашел к нему в половине одиннадцатого, на полчаса позже назначенного времени, тот был уже мертв. Из страха быть обвиненным в убийстве он промолчал.

– Надо его колоть, – буркнул Петров.

– Разумеется, он в числе подозреваемых. Но есть важная деталь. Когда Кошелев выходил из номера Воронина, его видела Гапова.