Не жди меня долго

– Что за шифр? – Спросил Корепанов, но заглянув на оборот, кивнул. – Понятно.

– Что думаете по поводу этих символов?

– Если отбросить избыточное, можно догадаться, что Pac – это Pacific, стало быть – Тихий. 0.KE.aN – очевидно – океан. Все вместе – Тихий океан.

– Но зачем его шифровать?

– Нужно подумать… – Криминалист сфотографировал шифр на телефон и пообещал. – На досуге поморокую.

– Давно работаете в следственном отделе Светлой Гавани? – спросила Стерхова.

– Двадцать два года, почти двадцать три.

– Фамилии Савиных, Лемешев и Балуев ни о чем вам не говорят?

Корепанов покачал головой.

– Нет, пожалуй. Хотя, подождите… Фамилия Балуев встречалась мне в документах. Да-да, он был сотрудником криминалистической группы. Но я его не застал. Пришел на службу значительно позже.

– Значит, никто из этих сотрудников сейчас в отделе не работает?

– Насколько я знаю – нет. – Яков Михайлович обернулся к Горшкову: – Вась, может, ты слышал?

Тот поднял голову и посмотрел в их сторону. Несколько секунд он просто смотрел и молчал, потом проронил:

– Про таких никогда не слышал.

– Понятно. – Корепанов поднялся и, уже направился к выходу, когда Стерхова вдруг спросила:

– Скажите! Тис – распространенное дерево в здешних местах?

Криминалист обернулся:

– Встречается локально и крайне редко.

– Значит, не широко? – уточнила Анна.

– Во Владивостоке, в Ботаническом саду он точно есть. Можете съездить и посмотреть. Если не секрет, с чем связан вопрос?

– В кармане неизвестного нашли ветку тиса.

– Наверное, был в Ботаническом саду.

После ухода криминалиста Стерхова продолжила изучение следственных документов. На очереди было заключение судебно-медицинского эксперта – подписанный, зарегистрированный и подшитый к делу документ. Несколько страниц на серой бумаге.

Глаза заскользили по напечатанным строчкам.

«На лице и теле видимых признаков насильственного воздействия (царапин, ссадин, кровоподтеков) не обнаружено. В теменной области головы слева – округлая гематома диаметром около пяти сантиметров, без нарушения целостности кожных покровов, с четкими границами, плотная на ощупь…»

«Кто-то крепко приложил», – подумала Анна и снова склонилась над документом.

«Смерть наступила в результате асфиксии (удушья). Объективные данные свидетельствуют об общей гипоксической реакции организма и отеке легких…».

«Понятно». – Кивнула Стерхова. – «Сначала вырубили ударом по голове. Потом задушили».