Не ждите меня в Монте-Карло

А тут вдруг Николь!

– Я ничего не делала, – Овсянкина смотрела на Веронику с ненавистью.

– Еще как делала, – возразила та. – Ты начала давать Богдану какую-то дурь, чтобы он перестал ясно мыслить, а еще для того, чтобы он зависел от тебя. Кстати, именно Лидия навела меня на эту мысль. Ее раздражало то, что Богдан дружит с девушкой из низших слоев общества – папа автомеханик, мама работает в аптеке. Кстати, сама ты отучилась три года на медицинском. То есть знаешь толк в таблеточках и вполне можешь их достать.

Медников переводил задумчивый взгляд с Вероники на Овсянкину и обратно. На его лице читалась активная работа мысли.

– Николь не понимала, что происходит с ее парнем, и все списывала на его дурной характер. В конце концов, они начали то и дело ссориться, а ты только потирала лапки. Но Леонид Филиппович тоже заметил – с сыном творится что-то неладное. Тебя он ни в чем не подозревал – ты в его глазах оставалась безобидной девчушкой, которая с начальной школы дневала и ночевала у них в доме.

– Верно, – хриплым голосом ответил тот.

– Леонид Филиппович – человек дела. Он выяснил, где Николь живет, и отправился к ней домой. Он не знал, что Николь и его сын поссорились и больше не встречаются: ведь Богдан не очень-то откровенничал с отцом. Наперсницей Богдана, помимо тебя, подруги детства, была еще и мачеха. У Лидии имелось множество претензий к мужу.

Не так давно Лидия сообщила Богдану, что ее брак под угрозой. Разговор состоялся как раз накануне поездки Леонида Филипповича к Николь. Лидия жаловалась, что она боится развода, потому что чувствует – у мужа появилась другая. – Вероника посмотрела на Медникова-старшего в упор. – Извините, что мне приходится говорить о личном при всех, но иначе не получится все объяснить.

– Да валяйте, рассказывайте, – подбодрил со своего места Эдуард. Он сидел, подперев щеку кулаком, словно слушал сказочницу, которая завела свою лучшую историю.

– Насколько я понимаю, ваш брак был довольно свободным, – продолжала Вероника. – Иногда вы заводили интрижки, которые не очень-то и скрывали от жены. Но на этот раз все оказалось гораздо серьезнее, чем обычно. И Лидия, словно лисица, почуяла опасность.