Не желайте слишком громко

– Мы не договорили тогда, помнишь, да?

Вздохнула, помолчала и вдруг поняла, что да, устала всё держать внутри и строить из себя разочарованную в жизни и окружающих сильную женщину, которая размахивает своей свободой, как флагом на демонстрации. Надоело постоянно тренировать желание пожаловаться и доказывать окружающим, что у меня всё хорошо несмотря на отсутствие личной жизни. Не хорошо. Я не хочу засыпать в обнимку с кошкой или мягкой игрушкой, потому что больше не к кому прижаться. Я не хочу больше думать, глупо или нет с моей стороны, отвечать на знаки внимания симпатичных мне мужчин.

Мне надоело бояться в очередной раз сделать ошибку, и таки снова её делать. Наверное, потому, что если мы чего-то очень сильно боимся, оно с нами и случается.

Я боялась встретить того, кому захочу поверить и не смогу – встретила, двух сразу. И даже уже почти верю. Боялась привыкнуть к заботе и нежности, потому что в моей жизни они не заканчивались ничем хорошим – уже, кажется, привыкла. Перечислять дальше свои многочисленные страхи не стала, зачем, я и так прекрасно о них знаю.

Ещё раз вздохнула, достала сигарету и прикурила, прислонившись затылком к груди Андрея и прикрыв глаза.

- А можно, я не буду больше жаловаться, а? – тихо ответила. – Вы и так знаете обо мне слишком много, чего бы наверное не стоило рассказывать мужчинам. Такими подробностями обычно только с психологами да близкими подружками делятся, - не сдержала мимолётной усмешки. – Не хватало вам ещё о моих страхах выслушивать лекцию.

Справлюсь, не маленькая, - твёрдо закончила, приняв решение больше не вываливать на голову близнецов помойку из моих противоречивых мыслей.

- Если твои страхи будут мешать нам нормально общаться, я предпочту всё же выслушать лекцию о них, чтобы знать, к чему готовиться, - ответ Пашки, честно говоря, прозвучал неожиданно, да ещё так решительно…

- Между прочим, поддерживаю, - тихонько добавил Андрей, и его губы коснулись моего виска. – Честно, Юль, надоело чувствовать себя сапёром на минном поле, - по его голосу поняла, что улыбается, и не сдержала ответной, немного смущённой улыбки.

- И каждую минуту думать о том, испугаешься ты или нет, если я сделаю что-то, чего очень хочется, - к концу фразы голос Андрея упал почти до шёпота, такого ласкового, что по позвоночнику прокатились щекотные мурашки.

Глупая фантазия тут же услужливо подсунула ворох картинок, чего же такого может хотеться Андрюхе от меня, и щекам стало жарко.