Не желайте слишком громко

Ладонь Андрея осторожно провела вдоль спины, и меня как молния прошила – эй, не, там всё чувствительно ещё!.. Судорожно вздохнула, резко подняла голову и недовольно уставилась на него.

- Не х-хулигань!.. – сиплым и строгим голосом произнесла, изнывая от желания покурить.

- Ты как? – он послушно переместил поглаживание на моё плечо и руку и внимательно посмотрел в глаза.

- Вот покурить, и буду лучше всех!.. – мечтательно протянула и тут же снова улыбнулась.

Ну блин, не рассказывать же, что вполне ожидаемо ощущается, хмм, некоторое неудобство, но по опыту знаю – скоро пройдёт.

Всё равно хорошо…

- Но вставать лень, - пробормотала, уронив голову обратно на грудь Пашке.

Тот весело хмыкнул и обнял, потом сел, прислонившись к спинке, и устроил безвольную меня на коленях.

- Андрюх, достанешь? – негромко попросил он брата.

М-м-м, обожаю их, сервис по полной прямо! Уже через несколько минут я с наслаждением затянулась, с удивлением прислушиваясь к себе: в душе воцарилось умиротворение, и ни грамма неловкости или чего-то подобного.

Говорить по-прежнему не хотелось, но и не надо было, нам и так хорошо. На меня стремительно накатывала приятная усталость и сонливость, и водные процедуры оставила на утро – сейчас просто нет сил, вот честно. Даже сигарету до конца не докурила.

- Спа-а-а-ать, - смачно зевнула я и потянулась, зажмурившись. – Все разговоры утром…

- Договорились, - шепнул Пашка и легонько чмокнул в ушко.

А голос-то какой довольный, как будто лимон баксов подарили! Ну ладно, ладно, это я так, от природного ехидства.

Почти наощупь забралась под одеяло, так же нащупала рядом кого-то большого, тёплого и уютного, и пристроилась под бочком, стремительно уплывая в сон. Последнее воспоминание – как меня обнимают четыре руки. Хорошо, успела подумать и выключилась.

Мне всегда было ужасно интересно, что говорят обо мне близнецы без меня, ну или когда думают, что я сплю – поэтому лежала тихо, как мышка, стараясь дышать так же размеренно, как во сне. Лёгкие, нежные поглаживания спины, плеч и головы говорили о том, что они не спят.

Я же лежала в излюбленной позе, на животе, обняв подушку – ещё не совсем привыкла, что в постели теперь не одна. Большого труда стоило лежать спокойно и не подставляться под ладони, очень уж приятно было, и самое главное, в простой ласке не содержалось никаких намёков. Ко мне просто прикасались, потому что хотелось, потому что нравилось, а не с тайным намерением продолжить то, что было ночью.