- А принцесса - ты! – встревает в разговор Агурский.
Вот только этого мне и не хватало. Короны на голове собственной дочери!
- Дядя сказал, я - пинцесса! – радостно тараторит Ася.
- Конечно! – весело заявляет Глеб и, помогая мне выйти из машины, крепко берет за руку. – Пойдем, нас уже ждут, - кивает на крыльцо, где маячат какие-то люди. В каждом движении Агурского сквозят напряжение и мрачная решимость. Заартачься я сейчас, подхватит на руки и лично занесет в дом. В замок Синей Бороды.
- Разуваться на входе не надо, - усмехается тихо Агурский, когда я делаю попытку снять сапоги.
Помогает мне снять пуховик. Забирает у Аськи курточку и шапку. Передает наши вещи прислуге. А та исчезает с ними в неизвестном направлении. Интересный поворот!"
"Ася скачет и с любопытством оглядывается по сторонам. Озираюсь вокруг, но словно не замечаю роскошного убранства. Дворец, твою мать! Хорошо хоть мы с Павликом так и не доехали сюда. А то бы я точно удрала сломя голову.
- Асенька, - шепчет Глеб, присев на корточки перед ребенком.
– Нам с твоей мамой нужно поговорить. Это много времени не займет. Посмотри пока мультики…
- Нет, - мотает головой дочка. – Аленка спать хочет… Нужно уложить…
- А? – непонимающе смотрит Глеб.
- Кукла, - тихо подсказываю я.
- Так на диване ей будет удобно, - машет Агурский в сторону итальянской мебели на гнутых ножках. И как только Аська усаживается со своими куклами на понтовый диван из белой кожи, Глеб снова берет меня за руку и ведет в соседнюю комнату.
- Мы заключим с тобой сделку, - тихо и вкрадчиво говорит Агурский.
– Мировое соглашение.
От удушливых слез не могу вымолвить и слова. Ожесточенно мотаю головой. Не могу поверить, что я попалась. Не могу дышать и думать связно! Осматриваюсь по сторонам. Не сбежишь. У дверей охрана. Да и дочка играет в соседней комнате. Залипаю взглядом на кабинете. Стены и стол отделаны карельской березой. Дорого-богато. Денег у Агурского до фига. Жадная богатая сволочь! Ему любая родит. Только свистни, сразу набегут желающие.
Так почему нужна именно моя дочь? Зачем она ему? Чтобы отомстить мне?
Всхлипываю. Слезы льются по щекам, и я никак не могу сдержаться. Да и кто бы смог, если речь идет о самом дорогом!
- Прекрати. Мне надоели твои выходки, милая, - подскочив, грозно нависает надо мной Глеб. Невидящим взглядом пялюсь на него. Красивый холеный мужик. Только мне кажется, что в нем не осталось ничего человеческого.
Каждое слово припечатывает, словно тяжелая гиря.
– Ты никудышная мать.
