Не злите джинна из бутылки

Разговор этот был бесконечный и совершенно непонятный постороннему человеку, поскольку состоял он в основном из междометий, односложных восклицаний и коротеньких жаргонных словечек английского происхождения.

Женщина вышла на перрон, огляделась и быстро пошла в сторону вокзала.

— Такси, такси!.. — пытались соблазнить ее крепенькие озабоченные мужички. — Такси недорого!

Женщина проходила мимо них, не задерживаясь, хотя по ее озабоченному взгляду было понятно, что она что-то ищет.

Наконец возле самого входа в главный зал, украшенный бюстом Петра Первого, женщина увидела то, что ей было нужно: лоток, на котором были разложены газеты, журналы и яркие книжки в мягких обложках — в общем, всякое непритязательное дорожное чтиво.

Женщина задержалась перед лотком, протянула продавцу червонец и взяла яркую газету с броским заголовком:

«Невестка убила собственную свекровь и три месяца хранила ее в морозильнике».

Впрочем, приезжую заинтересовала вовсе не эта душераздирающая житейская история. Женщина перевернула, не читая, большую часть страниц и задержалась только в самом конце, где публиковались частные объявления.

Внимательно ознакомившись с ними и, видимо, запомнив все, что нужно, она смяла газету и бросила ее в урну.

На следующий день Лола самостоятельно встала пораньше, что являлось для нее самым настоящим подвигом. Обычно эта трудная и неблагодарная работа — вытащить Лолу из постели ни свет ни заря — доставалась на долю ее компаньона. Сегодняшним утром из комнаты Маркиза раздавались рычание, пыхтение и свист — с такими звуками воздух пытался пробиться через заложенную Ленину носоглотку.

Лола не стала красться на цыпочках мимо его двери, не стала пускать воду в ванне тоненькой струйкой и придерживать двери, чтоб не хлопали. В ее планы не входило охранять сон своего компаньона. Так что она гремела посудой, вроде бы случайно сделала радио погромче и даже уронила на кафельный пол кухни крышку от кастрюли. Все было напрасно: Ленька спал сном праведника и даже перестал храпеть. Лола вздохнула, велела зверям быть умницами и ушла.

Машину для слежки ей вчера еще подобрал Ухо — Ленин старинный приятель и помощник. В жизни Уха была большая и единственная любовь — машины. Только машинам он отдавал свое большое сердце. Больше для него ничто в этой жизни не существовало. Однако Леню он уважал и мог по его просьбе угнать на время любое транспортное средство — от детского трехколесного велосипеда до пожарной машины.