— Координаты настоящего местонахождения бронетранспортера назвать можете? — спокойно спросил командир экипажа.
— А что, у тебя есть чем остановить его?.. Секунду! — Седов повернулся к Леруа: — Точные координаты нахождения вражеского бронетранспортера.
Француз назвал цифры и буквы, майор передал их командиру экипажа «Ми-8».
— Я понял тебя. Ожидай меня через пятнадцать минут. До связи."
"— До связи, Зенит!
Седов отключил радиостанцию.
— Вертолет пошел на БТР? — спросил Леруа.
— По всей вероятности, да. Скоро все узнаем.
Сворачивай аппаратуру. Грач! — майор взглянул на штатного связиста. — Передай отряду мою команду: выйти к площадке посадки вертолета.
— Есть!
Сам Седов, проводив своих специалистов, остался на позиции. Если бронетранспортер душманов все же прорвется к гряде, майору лично придется останавливать его, не дав открыть огонь по подчиненным. Командир отряда поправил пояс с гранатами.
Но не пришлось Седову вступать в бой с бронетехникой противника. Спустя восемь минут он услышал приближающийся с северо-востока рокот «Ми-8».
И тут же сигналом вызова сработала его радиостанция.
— Седой, это Зенит. Проблема с бронетранспортером снята. Мы расстреляли его НУРСами.
— Кстати же вы повесили кассеты с реактивными снарядами…
— Таков был приказ Центра.
Вертолет появился неожиданно. Прошел, снижая скорость над позицией Седова.
— Вижу тебя, Зенит!
— А, это ты стоял у гряды… Так, площадку вижу. Провожу разворот и заход на посадку. Прикажи своим ребятам отойти немного вглубь, слишком близко они подошли к площадке.
В 10.53 «Ми-8» плавно приземлился на каменистый грунт. Борттехник открыл дверь, выставил трап. Седов приказал бойцам отряда подняться на борт.
Ровно в 11.00 «вертушка» плавно оторвала шасси от земли и, набирая высоту и скорость, пошла на север. Сколько спецназовцы ни всматривались вниз из иллюминаторов, никого из боевиков не увидели. Но напряжение не отпускало до тех пор, пока борттехник не вышел в десантный отсек и не сообщил:
— Все, парни, мы миновали границу Афганистана и Таджикистана.
Посадка через час на аэродроме Айни!
Видимо, старший лейтенант экипажа ожидал оживления бойцов, все же эвакуация прошла, можно уже сказать, благополучно. Но офицеры отряда остались внешне такими же, как и прежде, спокойными, сосредоточенными, невозмутимыми. И только Седов мог заметить по движениям своих подчиненных, что они расслабились. Посторонний взгляд этого зафиксировать не мог. Борттехник вернулся в пилотскую кабину.
