Небесная река

 – Ты слегка изменил свою внешность.

– Я почувствовал необходимость отдалиться от старой личности, от Райкера, и тому есть много причин. В частности, я никак не мог убедить людей в том, что не нужно приходить ко мне по вопросам, связанным с жизнью колонии. Они не могли смириться с мыслью о том, что я ушел в отставку. Но стоило мне выбрать облик отшельника, они, кажется, поняли намек.

– И как тебе живется сейчас, когда ты отошел от дел?

Уилл помахал рукой, словно хотел преуменьшить свои результаты.

– Первопроходцем, конечно, был Билл на Рагнареке.

Он очистил воздух, добавил воду, изменил биосферу – у Вальгаллы действительно есть собственная экосистема. Основную часть ошибок совершил Билл. Я просто стараюсь их избегать.

– Много местных видов ты потерял?

– Удивительно, но нет. Когда мы только начали, среда была достаточно враждебной, словно в горах на высоких широтах. А сейчас мы делаем жизнь на Луне более сносной. Теперь тут теплее, больше воды, больше кислорода и так далее. Наша задача – расселять земные виды настолько медленно, чтобы местная жизнь не сдохла от конкуренции, не успев приспособиться.

Я кивнул, глотнул кофе – и вздрогнул. В разреженной атмосфере вода кипела на более низкой температуре, и это отрицательно влияло на варку кофе. Напиток был еле теплый, вкус – не насыщенный. Но такова цена за управление «мэнни» в… э-э-э… реале.

Я посмотрел на Уилла и решил сменить тему.

– Слушай, я уже говорил об этом с Биллом, но мне хотелось узнать твое мнение.

Я насчет вчерашнего совета.

– Меня там не было – у нас возникла проблема с одной из ректификационных колонн. Но да, я слышал о твоем столкновении с Морлоком…

– Морлок? Он назвал себя «Морлок»?

– Нет, он назвал себя «Джереми». Возможно, это совпадение, а может, это – тонкая отсылка к ремейку «Машины времени». Но сейчас он взял себе имя «Морлок».

Уилл вопросительно посмотрел на меня, предлагая высказаться. Я покачал головой, и он продолжил:

– Оказалось, что репликативный дрейф действительно существует.

Бобы остаются похожими на нас приблизительно до пятнадцатого поколения, а затем процесс изменения начинает ускоряться. Стопроцентных психов у нас еще не было, но сволочи точно есть.

Вот тебе и мечты о заполнившей всю галактику расе Бобов. И все же, возможно, что разнообразие – это хорошо. Ведь людей было несколько миллиардов, но человечество все равно сумело…

Практически уничтожить себя. Черт.

Это проблема. Огромная проблема.