Клеился он хорошо, туго прилипал к курткам.
– Ты по чесноку скажи, – начал Чес, – Севу спецом отправил?
Дядя Сева, повар и бывший сталкер, бывший урка. Хотя бывших не бывает.
Ага, получается он и есть наш проводник.
– Врать не буду. Поэтому тоже. Так я уверен, что утром вы на Ферме будете. Да и он, единственный, кому сталкерить у нас не западло. Старый, опытный. Предлагаешь двоих молодых отправить, чтобы они все дело завалили?
– Не доверяешь? – сказал Чес. – Ну-ну, братишка…
Он потянулся к фонарю, и свет погас.
Наступила тишина. Я нащупал ружье, и старался неглубоко дышать. Ферма беспечно уснула, под песню ветра и шелест листьев.
Будильником сработала растяжка на холме.
5
– Окрысились, – четко произнес Чес.
– Я их сейчас свинцом нашпигую! – Борзый оскалился.
– Пригнулись. Голова у нас одна, запасные дома оставили. Кузьма, тебя это в первую очередь касается, – буднично произнес Дельный."
"Мы разлетелись по комнате, как кегли от страйка. Борзый, пробираясь быстрым шагом под стеной, выглянул во дворик.
Чес, неспешно, насвистывая мелодию бандитского шлягера, присел возле окна, спрятался за ящиками с землей. Не зря я его тащил! Щелкнул затвором автомата, загоняя патрон в ствол. На лице появились морщины. Он стал похож на охотника, который выискивает жертву, высматривает в чаще леса добычу.
Я растерялся. Присел возле стола. Самое плохое, это не знать, что делать и куда бежать. Спрятал голову, а что дальше – непонятно. Именно это и настораживало, приводило в уныние, нагоняло страх.
Сердце начало чаще стучать, требовало от меня активных действий.
Бежать. Бежать как можно дальше, от взрывов и выстрелов. Надо преодолеть страх, пустить его в правильное русло. Бежать нельзя, некуда. Но и нельзя торчать здесь, как мишень.
Мы сидели в глухой части здания, с двумя окнами. Заколоченные досками и железным листом, заложенные уже приевшимися ящиками и с Чесом на стрёме.
Единственный выход был с выломанной дверью, и разрушенной коробкой. Словно через него пытались вытащить что-то большое, и, недолго думая, просто вынесли куски стены.
Или наоборот, что-то огромное ломилось в помещение Фермы, и, не обратив внимания, повырывало кирпичи.
Вот в него и проскользнул Борзый, лишь на долю секунды засветился на белом фоне. Дельный же, показав на окна и вход, произнес:
– Там не лазь.
Сам он не спеша встал, кинул мне медицинскую сумку и быстрым шагом подошел к выходу. Присел на одно колено, занял позицию.
– Лепила, ты задачу свою не забывай.
