– А ты топай вперед, тупой!
Я задумчиво переставлял ноги. Шаг, другой… У меня возникла мысль, безумная и очень слабая в плане превращения в настоящий план. Да мне ясно, Чес решил завести нас к Хибаре и просто убить. Хотя, почему и не тут, болото жадное, все заграбастает. Или реально, у него чуйка.
Двигаться стало сложнее. Суши становилось все меньше, вода захватывала все больше пространства. Все время попадались настилы из тонких досок. Вечерело, становилось темнее. Я уверенно двигался по мостикам, лишь изредка выбрасывая из кармана патроны.
Без ружья они не нужны, не жалко.
Раздвинув камыши, настоящие камыши, нижние, зеленоватые, я остановился.
– Дошли, – сказал я спокойно, хотя сердце забилось с удвоенной частотой.
– Угу, – сказал Чес, – я ж говорил вам, чуйка у меня.
Дельный же молча глядел на свет в Хибаре.
2
Хибара стояла на большом участке суши. Относительно, конечно, размером с половину футбольного поля, что для болот удачная находка. Дождь упрямо заливал, поднимался уровень воды, и огромные лужи стояли от края до края участка.
Исключение составлял пригорок, со спиленными деревьями. Ветки давно использовали в костер, а вот стволы, размером в бедро человека, так и остались нести караул. Вырежи умелец глаза и оскаленные зубы, получились бы замечательные идолы.
Умные люди построили Хибару. На четырех столбах, с широкой лестницей, с черными от времени перилами. Коробка из бревен и толстых досок. Даже зарешеченное окошечко, через которое и пробивался свет на волю, находилось на глухой стороне – противоположной от двери, к которой вела лестница.
Этакий дом на ногах, защищенный от наводнения и дикого зверья.
– Как мы его вскроем? – поинтересовался Дельный.
Мы присели в камышах, не доходя метров десять. Как раз со стороны лестницы, прилегающей к стене, рассматривали внимательно Хибару.
– Обойдем и постучим. Какие еще варианты? – сказал я.
Чес почесал голову, вытянул шею. Что-то его смущало. Он отполз чуть в сторону, сплюнул:
– Там трупак в кустах и кровь на лестнице.
Я не знал, как он рассмотрел кровь на черном-то дереве. Что ли чуйка опять сработала. Дельный покрутил монокль, выругался и снова покрутил кольца. Наконец-то навел на кусты и присвистнул:
– Все, игра окончена.
– Не будет фаталити? – уточнил я.
– Чего? – провякал Чес, вставая во весь рост. То ли мне, то ли нам обоим.
– Судя по камуфляжу, это наш Семен Крадун, – ответил Дельный. Я же промолчал, внимательно осматривая Чеса.
