Небо на двоих
0 прочтений
Потом он и Шалико нашли меня в Члоу и сказали, что ты погибла…
Вадим судорожно вздохнул, привлек меня к себе и уткнулся лицом в мои пропотевшие, пыльные волосы.
– Я все видел. Как ты выдержала? На коленях, среди грязи и крови, не разгибаясь шесть часов подряд… Не всякий мужик на такое способен. Ты настоящий врач, Оля! Все уляжется, и Члоу будет носить тебя на руках…
Голос его звучал сбивчиво, а мне было чертовски неловко. Я пыталась вывернуться, сказать, что не все, наверное, сделала так, как полагается, но Вадим держал меня крепко.
– Отпусти, – попросила я тихо, – люди смотрят.
– Пусть смотрят, – ответил Добров сквозь зубы. – Я тебя никуда не отпущу!
И, склонившись, поцеловал меня в губы.
– Соленые, – усмехнулся. – От пота или от слез?
– Вадим, – взмолилась я, – не надо! Я потная, грязная. Мне стыдно, наконец! Ты ведь сам сказал, здесь не тискаются прилюдно…
– Сказал и сказал, – засмеялся он тихо. – И тут же забыл.
Затем поднялся и подал мне руку.
– Пошли. Тебе нужно отдохнуть. Шалико привел Конфету.
– Как там Сырма? – спросила я, поднимаясь. – Ты ее навещал в госпитале?
– Сырму эвакуировали в Сочи. На вертолете. – Он снова засмеялся. – Превратили мой двор в вертолетную площадку. Машины то взлетают, то приземляются. Завалили газоны ящиками, снаряжением. На первом этаже правительственный штаб заседает, по двору охранники шмыгают. Давид и Эдик эту суматоху контролируют…
– Что у Сырмы с ногой? – не слишком вежливо перебила я Вадима. – Ты разговаривал с врачами? Можно ее спасти или нет?
Вадим вмиг стал серьезным.
– Обещали сделать все возможное. Мадина полетела с ней. И Илико. Думаю, девочка выкарабкается с такой-то поддержкой.
– Илико? – поразилась я. – Как его подпустили к Сырме?
Вадим пожал плечами и хитро прищурился. И я поняла, что без Вадима тут не обошлось.
– Она велела тебе передать, что непременно выздоровеет, чтобы сыграть Джульетту. Но, как мне кажется, ваш спектакль уже не будет злободневным. Георгий, отец Илико, видел, как сын вился возле носилок Сырмы, и все же промолчал, отвернулся.
Вадим снова обнял меня за плечи. И тут на нас налетели лохматая девица и долговязый парень с телекамерой на плече.
– Сочинское телевидение! Специально для НТВ! Только один вопрос, только один! – возопила девица и ткнула мне в лицо микрофон, а парень навел на меня камеру.
– Вы врач? – почему-то тоном прокурора-обвинителя спросила корреспондентка.
