Небо над бездной

— Нужно вызвать какого-нибудь хорошего врача, — сказала Соня, — о препарате мы, разумеется, говорить не станем. Просто человек умирал, но вдруг передумал, начал выздоравливать. Такое ведь бывает? Врач может посоветовать массаж, специальные упражнения, витамины.

— Не сходи с ума, ни один врач нам не поверит, — сказал Савельев.

— Не нам! Собственным глазам!

— Ого, Соня, ты даже в рифму заговорила, никогда тебя такой не видел. Федор Федорович, посмотрите, какая она красивая, — Савельев обнял Соню и поцеловал.

Они смеялись, резвились, как два щенка, и были настолько заняты друг другом, что Федору Федоровичу показалось, они вовсе забыли о нем.

— Не понимаю, что вас обоих так развеселило, — обиженно проворчал старик, — если я немножко подвигал ногами, это не значит, что я сейчас встану, приму душ, потом приготовлю завтрак, себе и вам заодно.

— Надеюсь, очень скоро будет именно так, — сказал Савельев.

— Мечтаю съесть приготовленный вами завтрак, — добавила Соня.

— Мечтай, мечтай, — Агапкин, кряхтя и постанывая, принялся ставить на место свои челюсти.

Руки дрожали, но помочь себе он не дал, локтем оттолкнул Савельева, сердито стрельнул глазами на Соню.

Через сорок минут, чистый, сытый, в новой сине красной клетчатой пижаме, старик сидел в кресле и слушал подробный рассказ Сони о том, как оказался у нее препарат.

— ДДФН, — повторил он несколько раз, когда она закончила, — биохимический эквивалент эмоций. Сегодня это называется нейропептиды.

— Апостол Фома поверил, — заметила Соня, — я нашла тут у вас Новый Завет, перечитала Евангелие от Иоанна.

— Перечитала? И ничего не поняла? — старик сердито помотал головой. — Фоме понадобилось вложить персты в раны Спасителя. Он желал физических доказательств Воскресения. Разве это вера?

— Нет, другое. Это, знаете, похоже на архетип ученого. Наука не может обойтись без физических доказательств, без перстов Фомы.

Агапкин закрыл глаза, как будто заснул. Соня решила, что он устал, хотела тихо уйти, но вдруг услышала:

— Семьдесят пять лет назад был примерно такой же разговор у меня с твоим прапрадедом. Я произнес вот эту твою фразу, что Фома — архетип ученого. Почти дословно, про персты, про физические доказательства.

— Что он вам ответил? — спросила Соня и вернулась, села в кресло напротив старика.