— Спасибо, любимый. Если бы не ты, я бы навсегда там осталась.
Абель, Одлей и Винтер уже скрылись. Изможденные лошади все равно не могли ступить ни шагу, так что сторожить их не было нужды.
— Кажется, здесь все сильно уменьшилось. Раньше Королевский Мыс был больше.
— Ох! — прошептала Диана, смотря в другую сторону.
Малинда проследила за ее взглядом и увидела Пса: он лежал на животе в крапиве и репейнике с прижатой к земле головой. Что такое? Она подошла к нему и опустилась на колени.
— Пес?
Он поднял голову и медленно встал на колени.
Его глаза, совершенно белые на свету, расширились от… страха? Ужаса? Она обняла его, как всегда, почувствовав, что обнимает дуб, но на этот раз его трясло как в лихорадке.
— Пес? Что случилось?
Зубы его застучали.
— Скажи мне!
— Прибой. Я слышу прибой. Я не знал, что здесь будет прибой, — прошептал он, хотя Диана тактично отошла в сторонку и вокруг никого не было.
Неужели она видит страх в глазах человека, который не боялся меча, пронзающего его сердце?
— Его слышно на всем острове, все время.
Прибой ничего плохого тебе не сделает.
— Он убивает людей!
Ты боишься, что он причинит тебе боль?
— Нет. Я видел это… однажды… Однажды я…
Она обняла его крепче.
— Забудь, что ты видел. Это было давно, сейчас другое время. Пес, ты нужен мне. Твоя подопечная в опасности, и ты нужен ей. Ты нужен женщине, которая любит тебя, ты должен ее защищать. Даже если ты не можешь любить ее, она…
— Мне больно! — Он чуть не задохнулся, потом зашептал: — Не прибой.
Не это место. Это уже давно. Мне больно!
— От чего?
— От тебя! — С губ Клинка срывались слова и складывались в самую длинную речь, которую она когда-либо от него слышала. — Я хочу запереть тебя в подвале, где никто никогда не сможет увидеть тебя или сделать тебе больно. Я хочу убить любого другого мужчину, который стоит рядом с тобой. И одновременно хочу, чтобы ты все время смеялась и была счастлива, а ни того, ни другого я сделать не могу. Я не могу быть с тобой все время.
Мне очень больно, больнее, чем когда… чем когда-либо. Хочу посвятить тебе каждую минуту своей жизни. Больше всего я хочу, чтобы я был тебе нужен, но знаю, что недостоин посмотреть даже на твою тень. — В белесых глазах горело страдание. — Это называется любовь?
— Да, это любовь. — Вполне возможно, что любовь может принимать и такие формы в сердце другого человека. — И она причиняет боль. Я была бы счастлива в подвале, если бы ты постоянно находился рядом со мной.
