Небовзор

 – Хорошо, что теперь все хорошо. Бушующий узнает правду, мы вернемся в академию З.А.В.Р.

Лицо Кристена застыло и сделалось маской незнакомого мне человека. В тишине комнаты, нарушаемой только шорохом крыльев Бестии и гулом обогревателя, прозвучавшие далее слова показались громом среди ясного неба.

– Адриана, я не вернусь в академию.

Я редко соглашаюсь с тем, что счастье не вечно, но в такие моменты, как этот, начинаю верить, что есть кто-то, кто ворует его у нас.

– Что? – переспросила я, отказываясь верить в услышанное.

Кристен шумно вздохнул, собираясь с мыслями и словами.

– Адриана, о том, что я Всадник, в академии знают только ты и Эрик. В целях безопасности острова Ио и моей личной безопасности трибун не стал рассказывать об этом господину Бушующему.

– Ну, значит, я сейчас пойду и расскажу все Бушующему сама!

Я решительно оттолкнула его и попыталась встать, чтобы вот прямо сейчас прыгнуть на снегоход и мчаться по снежной равнине на поиски руководителя группы. Но сильные руки Кристена меня удержали.

– Послушай меня, пожалуйста, – попросил он. – Хорошо, вот ты придешь к господину Бушующему и скажешь, что я один из четырех Всадников…

– Я не просто приду. Я еще и Эрика с собой возьму в качестве свидетеля. Вот! – запальчиво выпалила я, не желая сдаваться.

– Поставь себя на место преподавателя, – мягко произнес Кристен, начиная поглаживать меня по спине. – Эрик – мой друг, ты моя девушка. Я буду продолжать молчать и ничем не выдам, что владею силами Войны. Как думаешь, Бушующий поверит в вашу искренность или посчитает, что вы дружно соврали, лишь бы я вернулся в академию З.

Я молчала. Молчала, ибо сказать было нечего. Ну если только кроме…

– Почему это все выглядит так, будто ты сдался? Будто уже смирился с тем, что не вернешься в академию?

Взяв мою руку, он переплел наши пальцы и тяжко вздохнул.

– Хорошо. Допустим, я смогу убедить трибуна открыть правду господину Бушующему. Допустим, это признание не вызовет ни у кого сомнений. Допустим, я вернусь вместе с вами на архипелаг Берег Костей… Как думаешь, Адриана, через сколько дней тиграй убьет меня?

– Мел? – Я не понимала.

– Адриана, последний Всадник Войны, который носил артефакт целым, был Рокот Арктанхау, мой двоюродный прапрадед. Рокот учудил один из самых страшных геноцидов. Он пришел в Озерный, проник в Оплот забытых богов и вырезал всех, абсолютно всех тиграев на материке. Мелу повезло, что его спасли некронавты.