— Вариантов множество, но все виды магии можно разделить на несколько групп: стихийная магия, лечебная, магия артефактов, магия мертвых и ментальная. Стихийники сейчас востребованы в основном в армии, более слабые уходят в магию иллюзий, повара и…
— Повара?
— А что вас удивляет? Они как никто чувствуют температуру, запахи и… что там еще нужно, чтобы приготовить вкусную еду? — он вопросительно на меня посмотрел, но я только пожала плечами, и так удивленная открывающимися подробностями. — Неважно. Главное, что такие мастера всегда ценятся больше обычных.
— А у вас обычная повариха или стихийница?
— Стихийница, хоть и очень слабая. Мне нравится, как она готовит, — и, сосредоточившись на корешках книг, добавил себе под нос: — иначе бы давно уволил из-за выкрутасов ее сыночка.
— Что, простите? — переспросила я.
Он не ответил, а достал фолиант в зеленом бархатном переплете, отделанном золотом, и протянул мне:
— Вот, начните с этого. Если захотите изучить тему более углубленно — скажите, я подберу вам что-нибудь еще.
— Спасибо, — я прижала книгу к груди и только тогда поняла, что подошла к графу слишком близко.
Все же, какая у него убойная харизма. Аж дыхание сбивается стоять вот так близко, а смотреть ему в глаза… Ух… Я сделала шаг назад, но внезапно повисшая между нами неловкость никуда не делась.
— Я могу забрать книгу в комнату? — спросила.
— Конечно. Приятного чтения.
— Спасибо, — снова поблагодарила и, провожаемая его пристальным взглядом, поспешила уйти.
Как, оказывается, юное тело может остро реагировать на притягательного мужчину. Я уже и забыла каково это. Но на то у меня и голова взрослой женщины на плечах, чтобы думать, а не поддаваться сиюминутным прихотям. Что я, не понимаю, что граф был бы не против приятной интрижки с молоденькой няней? А нужно оно мне? Как минимум сейчас моя неприступность — какая-никакая гарантия безопасности. И вообще, я уже и забыла, как это — быть с мужчиной. И ну его! Только проблем будет больше.
Глава 13. Почти откровенный разговор
В поместье мне понравилась. Я знакомилась с распорядком дня Жорика, его учителями и учебной программой. Нагрузка для мальчика была вполне терпимой и сбалансированной. В основном его учили читать, рисовать закорючки в прописях, рассказывали о нюансах этикета и общих сведениях о королевстве, в котором мы все жили. Такие уроки я и сама слушала с большим любопытством, делая вид, что занята своими делами.
