— Элио проводит тебя наверх.
Я молча последовала за Элио из комнаты, оставив Ренато в тени позади нас. Мужчины снаружи мрачно перекрестились, когда я проходила мимо, чувствуя себя ангелом смерти в своей окровавленной футболке. Затем они направились обратно в комнату с Паоло.
— Что они собираются делать?
— Устроят Паоло достойные проводы, а затем босс пойдет и сообщит вдове новости. Она родила ребенка всего несколько месяцев назад. - тихо добавил Элио.
Я подавила внезапное, сильное желание расплакаться.
— Это ужасно.
Элио просто кивнул, когда мы достигли лестницы и начали подниматься.
— Это жизнь.
Глава 14
Ренато
Несколько часов спустя я зашел в душевую кабину в своей комнате в Casa Nera и позволил крови Паоло стечь в канализацию. Посещение вдовы с кровью её покойного мужа, засохшей на моей одежде могло показаться жутким, но в нашем мире это был знак уважения и признания ответственности. Его кровь была на моих руках как босса, и с этого момента я буду содержать его семью.
Его вдова, Элисия, была безутешна. Я взял с собой Кармеллу, чтобы поговорить с ней. Она заключила ее в утешительные объятия, как умела только она, а я придерживался фактов. Ее муж был мертв, погиб при исполнении долга, с честью. Поэтому она будет жить на территории комплекса, обеспеченная всем, столько, сколько захочет.
Я промыл волосы водой и потянулся за гелем для душа. Запах крови и вонь самого нижнего уровня Casa Nera застряли у меня в носу.
Когда я размазывал гель между ладонями, до меня донесся слабый аромат жасмина. Он напомнил мне о Шарлотте."
"ШарлоттаБерк. Ее образ, стоящей в моем чересчур большом пиджаке, ее бледное лицо, с обычным нахальством и непокорностью, потускневшее при виде умирающего мужчины, заполнил мою голову. На ней была ничем не примечательная бесформенная одежда, её длинные каштановые волосы были собраны в пучок на макушке, на лице не было ни грамма косметики, и все же она представляла собой самое привлекательное зрелище, которое я когда-либо видел.
Ее простая, неиспорченная красота не была обычным явлением. Она была чертовски редкой, и я хотел увидеть больше. Это было слабостью; я не должен был отвлекаться. У меня была работа. Комиссар Рейнольдс и его скользкий друг, судья Элленс, создавали мне проблемы в «Ла Леоноре», а Кастильо все еще пытались обвести меня и украсть моих клиентов.
