Он лежал на бетонной крыше, обливаясь потом сквозь мятую рубашку.
— Я не имею ко всему этому никакого отношения, зачем мне идти против тебя, Де Санктис?
— Разве ты не видел онлайн-проверки, которые снимают на видео? Некоторые люди просто слишком тупы, чтобы понять, когда что-то ведет их к неминуемой смерти. Ты думал, что твоя малая доля власти и жалкая репутация общественного деятеля защитят тебя. Боюсь, такую ошибку можно совершить только один раз.
Он застонал, уставившись в небо.
— Я должен был догадаться, что эти ублюдки из Кастильо способны только на болтовню.
“Мы можем убрать Ренато, просто дай нам шанс”. Как же. - Он посмотрел на меня с несчастным выражением лица. — Ничего бы этого не случилось, если бы ты не отрезал меня. Ты ограничиваешь мои средства и собираешь на меня всякое дерьмо, но забываешь, сколько мне приходится платить людям, чтобы они закрывали глаза на твой бизнес.
— Не моя проблема. Ты уже видел новости о своем приятеле, судье Элленсе?
Рейнольдс тяжело сглотнул. Видел. Он должен был догадаться, что он следующий.
— Я все еще могу помочь. Тебе понадобится новый судья, который будет смотреть в другую сторону. Тебе нужен кто-то, кто не даст детективам совать нос в твои дела.
— Может и так, но это будешь не ты.
Я кивнул Элио.
Он связал ноги Рейнольдса веревкой и закрепил ее вокруг шлакоблока. Я взял бутылку с жидкостью для зажигалок, которую обычно использовал, чтобы поджечь перчатки, и обильно вылил ее на Рейнольдса и веревку.
— Что ты делаешь? Ренато, мы можем поговорить об этом! Я работал на твоего отца.
— Мне плевать. Меня не волнует ничего, кроме того, что ты втянул её в это.
Синяк на челюсти Шарлотты заполнил мою голову, и ярость прожгла меня насквозь.
Я мотнул головой в сторону Элио, который тащил за собой веревку, подтягивая Рейнольдса к краю крыши.
— С ней все в порядке! Она жива.
— Это стало твоим финалом с той самой секунды, как ты решил, что сможешь использовать её и её сестру в своих заурядных играх. Даже если бы она отделалась лишь одной потерянной ресницей, ты бы все равно умер вот так.
Я махнул рукой своему sottocapo.
Элио толкнул Рейнольдса к краю. Тот закричал, а затем дернулся. Шлакоблок сдвинулся ближе к краю, но удержался.
Теперь Рейнольдс плакал от страха, умоляя сохранить ему жизнь, и, без сомнения, обделался от паники. Надо было записать на видео. Он извивался, как червяк на крючке, на высоте тринадцати пролетов."
"Вместо этого я достал из кармана зажигалку и поднес пламя к веревке.
