Нечто

Плоть с головы и рук монстра стала отваливаться, моментально вспыхивая, как зажженные спички. Он схватил Юру за плечи и принялся трясти, как куклу. Юра с криком схватил существо за скрюченную руку, и она с легкостью отломилась, как гнилая ветка. Из разлома медленно потек отвратительный белый кисель из костных тканей.

«Идем. Идем. Идем с нами», – твердил Федоровский, роняя зубы. Рот ширился и обмякал по углам, язык толстой пиявкой вывалился на пол, волосы сползли набок, обнажая грязно-желтые кости черепа, глаза вытекли, от рук остались обугленные кости с кривыми когтями; все это кошмарное создание уже пылало как факел, и Юра ощущал, как от неимоверного жара у него трещат ресницы и волосы на голове.

Его разбудил собственный истошный крик. Вся постель была перевернута и влажная от пота. Кляксич испуганно спрыгнул с кресла и затаился под кроватью.

Юра со страхом посмотрел на похрапывающую Алису, и от сердца моментально отлегло. Он встал с кровати и поплелся в душ.

Намыливая свое тело, он вдруг подумал, что впервые не испытывает никакого наслаждения от этой процедуры, а делает это автоматически, как запрограммированный робот.

Закончив мыться, он подошел к зеркалу. Лицо худое, бледное, под глазами синели круги. Красавец, нечего сказать. Взгляд упал на полочку с бритвенными принадлежностями. Подумав, он решил не бриться. Действительно – зачем? Алиса и так его любит…

«Я прошу тебя… Ну не нужно, ну пожалуйста… Не-е-е-еееееееееет!!!»

Юра вздрогнул. Голос Нелли прозвучал будто со стороны, и ему показалось, что он перенесся в тот день поминок Алекса и находится в квартире своего убитого друга.

Его обдало призрачным холодом – он в буквальном смысле чувствовал запах страха, исходящий от девушки, балансирующей на грани безумия. Когда приехала «Скорая», она принялась дергаться и извиваться, осыпая санитаров ругательствами, и чтобы погрузить ее в машину, пришлось подключаться Юре с Микой, иначе врачи с ней не справились бы. Во время погрузки она вдруг засмеялась совершенно жутким, нечеловеческим смехом, от которого пробрал мороз даже привычных ко всему Юру с Микой. Прямо от них дежурный врач сообщил о происшедшем в милицию, и Юра был готов к этому. После смерти Алекса неприятности липли к ним, и уже через час он давал показания оперативникам. Об этом, естественно, узнал следователь, занимающийся делом Алекса, и на следующий день Юра снова торчал у того в кабинете.

– Она сошла с ума, – просто сказал он на допросе.