Ему не терпелось поскорее увидеть Александру, и, заранее радуясь встрече, он широко улыбнулся камердинеру и, что бывало весьма редко, даже соизволил пошутить:
– Ну что, Мэтисон, как вы думаете, не испортит моя физиономия аппетит леди?
Бедняга Мэтисон, терпеливо стоявший за спиной герцога с безупречно сшитым черным фраком наготове, был настолько потрясен необычайно игривым настроением своего обычно сдержанного хозяина, что дважды откашлялся, прежде чем пролепетать:
– Осмелюсь сказать, ее светлость – дама исключительно утонченного вкуса и не может не восхититься вашей внешностью сегодня вечером!
Губы Джордана дрогнули при воспоминании об «утонченной» молодой жене, устроившейся на ветке с удочкой в руках.
– Скажите, Мэтисон, – поинтересовался Джордан, натягивая фрак, – какого цвета розы на садовой арке?
Окончательно растерявшись от столь резкой смены темы Мэтисон тупо повторил:
– Розы, ваша светлость? Какие розы?
– Вам просто необходимо жениться, – заметил Джордан, наградив ошалевшего слугу братским хлопком по плечу.
– Вам приходится куда хуже, чем мне. По крайней мере я знаю, какого цвета…
Он осекся от неожиданности – в дверь громко заколотили, и послышались вопли, очевидно, весьма взволнованного Хиггинса:
– Ваша светлость! Ваша светлость!
Жестом отпустив Мэтисона, Джордан устремился к выходу, распахнул дверь и рассерженно уставился на запыхавшегося дворецкого:
– Какого дьявола вы так вопите?
– Это… это Нордстром… лакей, ваша светлость, – прерывающимся голосом произнес Хигтинс и – о чудеса! – осмелился потянуть Джордана за рукав!
Вытащив его в коридор, дворецкий бессвязно забормотал:
– Я сразу же сообщил мистеру Фоксу, в точности как вы приказали сделать, если случится что-то необычное.
Сразу же. Он велел мне никому больше не говорить, так что только Джин, судомойке и мне известно о печальном происшествии, которое…"
"– Немедленно успокойтесь! – рявкнул Джордан, уже шагнув к покрытой красным ковром лестнице.
– В чем дело. Фокс? – осведомился он, сев за письменный стол и едва дождавшись, пока сыщик устроится напротив.
– Прежде чем я объясню, – осторожно начал Фокс, – необходимо задать один вопрос, ваша светлость. Кто держал в руках графин с вином, лежавший в корзинке для пикника, с того момента, как вы отъехали от дома?
– Вино? – повторил застигнутый врасплох Джордан.
