Сейчас ходит, умничает и ухмыляется, а потом его улыбка исчезнет навсегда, тело станет холодным и руки, такие сильные и нахальные, обмякнут…
От этой картины по телу пробежал озноб, будто из окна дул не нежный сквознячок, а порыв ветра с мокрым снегом хлестанул по лицу.
— Ликка не будет? Лишь пустота там, где он стоял? Нет! Я не готова к такой жертве…
— Не готова? Да сама убью его! Изменник! Ублюдок! Туда ему и дорога! Сама вырою могилу на самой вонючей свалке, чтобы сбросить туда труп!
— И всё… Больше не придёт… Больше не придётся волноваться перед каждой встречей с Ладомолиусом, отсчитывая мгновения до нёё.
Больше не надо мысленно спорить с ним, доказывая, что он неправ и что лучше меня никого у него не будет. Даже в мечтах он не попросит прощения, как это происходит в глупых, но красивых книжках его сестры, и не поцелует…
— Фу! Какие поцелуи?! Сдохни, тварь! Уже пытается раскаяться, но мне этого не надо! Противно! Увижу стоящего на коленях — стошнит!
Ирисия сама не заметила, как стала метаться по комнате, ведя спор в своей голове, иногда выкрикивая отдельные слова вслух.
В какой-то момент, зацепившись взглядом за отражение в зеркале, посмотрела на него безумными бирюзовыми глазами и со злости шибанула в зазеркальную эканганду кулачком. Боль от небольшого пореза отрезвила, заставив снова стать собой.
Не обращая внимания на капающую кровь, девушка подошла к столику у окна, схватила графин с водой и стала жадно пить.
Ненормально… Это ненормально. Впервые с ней случается подобное. В чём причина? Естественно, в Ликкарте, но не только в нём.
Сама тоже веду себя, как последняя жрица Хирга Двуликого, окончательно потерявшая разум. Одной не справиться, поэтому стоит, пока всё не зашло далеко, посоветоваться с опытным человеком.
Отец? Только не он! И так переживает, а тут ещё такое… Дядюшка Соггерт? Была бы собакой — помог, а нужен… Конечно! Его Безгрешие! Лучше присмера никто не разбирается в душах и страстях! Решено! Еду к нему! Прямо сейчас, пока ещё не совсем отпустило!
Прошло чуть менее часа и карета с гербом кангана въехала на территорию храма Даркана Вершителя через строго охраняемые ворота, которые всегда закрыты для простых прихожан.
Молчаливый мерта, узнав гостью, слегка склонил голову и проводил в покои присмера, оставив одну на некоторое время.
— Девочка моя! Не ожидал, но приятно! — раздался весёлый голос от дверей. — Чего лоб хмуришь? Дай обниму!
— Ваше Безгрешие, — не поддержала Ирисия дружеского тона, — прошу о Душевном Разговоре.
