— Думаю, что вполне достаточно было свиданий с экангандой, — сказал однажды ри Соггерт на одной из наших с ним встреч. — Докладывают, что на каждом углу столицы обсасывают ваше с ней примирение. Знают все — знают и Тени. Тем более, что влюблённую парочку изобразили очень достоверно. Даже сомнения нехорошие в голову закрадываются… Дом для западни мы почти подготовили — дня три, не больше, осталось. Пора намекать, чтобы встретились, и прекращать этот балаган.
Вернулся в поместье не в самом хорошем расположении духа.
Чёрт с ними, с бесцветными! Ирисия больше не приедет. Каждое утро я просыпался с мыслью, что увижу её, а теперь опять ничего…"
"— Проблемы, сынок? — с ходу всё поняла мама.
— Их продолжение. Перебираюсь в столичный дом. Голубой костюм давно пошит и ждёт своего часа показаться на глаза сволочей, намекая на разговор.
— Предсказуемо, но всё равно жаль. Почти две рундины я была спокойна за тебя… Да и Ирисия уже не чужая стала.
— И мне! — грустно поддержала маму сестра. — Если получится, то потом была бы счастлива продолжить с ней знакомство.
А уж если станет твоей женой…
— Не станет, Сарка. Натворил я делов, которые не исправить.
— Зря так говоришь, Ликк! — не согласился со мной отец, хлопнув по плечу. — Знаешь, сколько раз мне Литария отказывала, с глаз прогоняя? Четыре! А теперь двоих детей воспитываем! У вас же с экангандой лишь первая размолвка, а ты уже нос повесил! Тем более, вы, интриганы, упустили очень важный момент! Разведка работает даже тогда, когда нет боевых действий! Встречи прекращать нельзя до самого финала, чтобы Тени не насторожились! Так что погуляешь ещё чуток со своей возлюбленной! Передай это Соггерту при встрече и скажи ему от меня лично, что хоть и умный он, но дурак штатский!
На душе стало тепло.
Глядя на своих родных, я в полной мере ощутил себя Ладомолиусом, которым вместе по силам одолеть всё — от злобного коварства прихлебателей Гиргопа до сердечных неурядиц!
Ближе к вечеру, прихватив с собой Патлока Болтуна и Пирата, отправился в столицу, со светлой грустью покидая родной дом.
37. Трущобы и орландцы
— Чего лицо скривил? — спрашиваю у Патлока, как только мы въезжаем в столицу.
— Так, Ваш Милсердие… — вздохнул слуга. — Тама Заноза без нас хозяйничает. Дом, уверен, весь вылизан до блеску. Теперь ни чихни, ни ногой на помытое не ступи. Точно говорю, себя хозяйкой почувствовала и снова всю кровушку из меня пить начнёт.
— Смотрю, не договорились с ней полюбовно.
