Тучи на горизонте
Поднявшись по узким ступенькам витой лестницы, Ирисия замерла, облокотившись на перила площадки дворцовой башни. Глядя на прибрежную линию, где белоснежные дома, утопая в зелени, теснились рядом с заливом Спокойствия, так хорошо было предаваться размышлениям.
Солнце, устав разбрасывать дневной жар, утомлённо готовилось ко сну, погружаясь в залив и окрашивая его спокойные воды нестерпимо ярким золотом. Вот светило коснулось линии горизонта, становясь из жёлтого бордово-красным, а вместе с ним и всё остальное начало приобретать кровавые оттенки.
Даже небо…
Величественная картина, но сегодня очень печальная. Особенно кораблик, не успевший дойти до портовой гавани и оставшийся, убрав паруса, посреди бескрайней воды обречённо дожидаться ночи, в надежде пережить её, чтобы утром, снова наполнив свою жизнь ветром, бросить вызов судьбе.
Девушка ощущала себя им, чувствуя полное одиночество в душе и страх перед темнотой. Какое оно будет это самое утро?
Отец сказал, что встречаться с Ликкартом больше не придётся и скоро ловушка для бесцветных будет полностью готова.
Радоваться надо, но почему-то вспомнился первый день прогулок по парку с Ладомолиусом.
Как она, увидев змею, вначале испугалась и постыдно бросилась ему на шею. Когда же рассмотрела опасность, то с ней в очередной раз случилось наваждение. Вот не хотелось, чтобы Лик отпускал! До судорог не хотелось! Так хорошо и уютно было в его объятиях, что, наплевав на всё, притворилась, будто не ведает о полной безобидности травяного ужа.
Как же он её нёс! Бережно, аккуратно, словно величайшую драгоценность. Сердце и тело просто плавились от удовольствия! Жаль, что этот скотина, так быстро добрался до рощи…
Потом беседка у пруда. Бывала во многих удивительных местах, но тут впервые растворилась в простоте мироздания. Больше всего поразил Ликк… Без своей вечной бесячей улыбочки, он сидел, сжимая в руках глиняный стаканчик с вином и задумчиво глядя на воду. В этот момент он напоминал бога, спустившегося с небес.
На уставшего вершить судьбы одинокого бога. Что-то очень честное, человеческое, родное было в нём, отчего хотелось подойти, сесть рядышком, положить голову ему на плечо и, закрыв глаза, расслабиться, зная, что её оберегают.
Он, правда, снова стал нахальной, высокомерной гнидой, испортившей её жизнь, но не тогда. Не тогда…
— Ваше Повелительство! — голос слуги за спиной заставил вздрогнуть. — Его Сияющее Величие просит Вас немедленно посетить его кабинет.
