На мой вкус, если уменьшить её чувственные порывы хотя бы на треть, то могла б посоперничать и с самой экангандой Ирисией — пусть не во всём, но во многих вещах, точно. Ты на неё имел большое влияние с детства, пока совсем не зарвался. Теперь же страдает от разочарования и хоть любит… Учти! Как брата любит! — тряхнул присмер перед моим лицом указательным пальцем. — И хоть любит, но одновременно и боится. Думаю, что с Сарнией наладить контакт будет сложнее всего, ведь крушение идеалов для таких особ бесследно не проходит.
— Понятно, — вздохнул я. — Семейка разноплановая, требующая индивидуального подхода.
— Хорошая семья, иномирец! — жёстко ответил Жанир. — Я всю жизнь рядом с ней, и если ты попытаешься навредить хоть кому-то, то…
— Знаю, Ваше Безгрешие! Смерть! Можете не продолжать и не волноваться. Есть кто-то ещё из близких родственников, на которых стоит обратить особое внимание?
— Остальные не представляют интереса, — пожал плечами мгновенно успокоившийся жрец.
А вот тут он темнит! Не верю, что просто так упустил из виду родного дядю по материнской линии, тоже священника неслабого ранга канмерта[18] Браира, второго лица в храме бога Хирга Двуликого.
Почему? Ведь должен же знать, что тот тесно общался с Ликкартом. Ладно! Пока делаю «лицо кирпичом», изображая, что не в курсе… но зарубочку в памяти оставлю.
— Нет так нет… Друзья? Товарищи?
— Посещать могут лишь родственники. А друзей как таковых не имеешь. Приятелей, попавших под влияние, навалом. До поры до времени каждый из них считал тебя своим другом, так как Ликк умеет манипулировать людьми, но, извини, дружить с тобой — это всё равно, что из чана дерьмо хлебать.
— Жаль… Всё больше убеждаюсь, что лучше бы попал в тело простого возничего, каким и доживал свою жизнь на Земле, а не в извращённого аристократа. Кусок хлеба, добытый честным трудом в компании верящих в тебя людей, намного вкуснее всех этих ублюдских «разносолов». Ещё ничего не случилось, а уже тошнит от будущего.
— Не всё так печально, — возразил Жанир. — И среди простых борга, и среди избранных хватает всяких — хороших и плохих. Мерзость всегда заметна больше, отравляя жизнь. Тебе не повезло с телом, но повезло с новой семьёй. Достойные люди! Даже наш канган Тойбрел Звейницилл справедливый человек, не желающий никому зла без веской на то причины.
— Ага! Поэтому чуть не траванул!
— За дело же. И пока отказался от этого намерения — учти это в своих умозаключениях.
