Недотепа. Непоседа

 – В том числе и людьми. Ты видел стражников на улице? Они умрут! Этих вот стражников видишь? – Визирь ткнул пальцем в стоящую у стен охрану. – И они тоже умрут! Битва будет страшная и кровопролитная! А ты – кем готов пожертвовать ты, уговаривая нас сражаться? Да, твои друзья, если они еще живы, погибнут во время битвы. Ты должен это понимать. Отвечай, я жду твоего решения!

Трикс молчал. Только что ему казалось, что главное – уговорить Аблухая сражаться, и тогда все как-нибудь наладится. И вдруг оказалось, что это как раз – самое простое…

– Ну? – напирал Аблухай.

 – Что ты решишь?

– Ребята! – внезапно воскликнул султан. – Стойте! Не надо такого мучительного выбора! Не надо ужасного пламени, испепеляющего живых людей, не надо кровопролития! Я не допущу такого!

Ошарашенный визирь повернулся к султану:

– Это как – не надо? А что прикажете делать, славнейший из султанов?

– Мы откроем ворота города, – мягко сказал Абнувас. – Мы впустим наших братьев, приготовим им палатки и устроим большой пир.

Мы со всем возможным почтением примем великого волшебника Алхазаба…

– А потом, ночью, наши солдаты выхватят мечи, наши женщины достанут кухонные ножи – и перережут врагов! – Лицо визиря просветлело. – Можно еще на пиру подмешать им отравы…

– Нет! Нет! – замахал руками султан. – Не надо крови! Мы мудро, с полным пониманием того, что мы – единый народ и не должны убивать друг друга, выслушаем решение совета племен и подчинимся ему.

– Но Прозрачный Бог хочет завоевать королевство, земли северных варваров и Хрустальные острова!

– Очень печально, – кивнул Абнувас.

 – Но если уж так хочет – пусть завоевывает. К тому же, увидев его мощь, мой возлюбленный венценосный брат Маркель может одуматься и капитулировать.

– Что ж, они, простите за каламбур, свое уже отжили. Но если они одумаются и тоже капитулируют…

– И ты отдашь власть безродному бродяге Алхазабу? – все еще недоумевал визирь.

– Почему бы и нет? – Султан пожал плечами. – Пусть Прозрачный Бог правит всем миром.

На местах ему все равно потребуются наместники. Если он победит и Маркеля, и витамантов, и диких северян – значит, боги ему симпатизируют и он достоин власти.

Мгновение визирь размышлял. Потом улыбнулся. Потом печально посмотрел на Трикса:

– Мягкость и податливость… Не бороться с непреодолимой силой, а уступить ей, но направить в сторону… Разумно, не находишь? Но видишь, что получается, юноша? Пожалуй, мне придется приказать страже схватить тебя.