Недотепа. Непоседа

Отряхнулся и пошел в темноту… Что ж! Мы пойдем по его стопам! Веди нас туда, где ты был, Халанбери!

– Давайте только пройдем немножечко левее или правее, – озабоченно сказал Халанбери.

Так они и сделали. Пошли вперед, но чуток левее. Уперлись в стену пещеры. Некоторое время ругали Халанбери, потому что маленьких ругать всегда проще и приятнее, чем себя. Потом Халанбери обиделся, ушел в сторону и наткнулся там на сгоревший дотла факел и нарисованную на камне копотью стрелку. Видимо, Алхазаб был не настолько глуп, чтобы не отмечать свой путь.

Халанбери простили и пошли в ту сторону, куда указывала стрелка.

Там ребята и увидели свет.

Свет в пещере бывает разный. Если светится вдалеке тусклый желтый огонек – ура, это выход на поверхность, это солнышко шлет в подземные глубины свой привет. Если мерцают две зловещие красные точки – бойся, путешественник, это глаза страшного чудища! Если мерцают два зловещих красных блюдца – то бойся еще сильнее, это глаза очень большого страшного чудища! Если блистает россыпь разноцветных искр – то тебе повезло наткнуться на залежи драгоценных камней, но будь осторожен – рядом могут водиться гномы! Если движется навстречу пляшущее пламя факелов – спрячься и посмотри, кто их несет.

Ну а если ты видишь светящуюся надпись «ВЫХОД», то ты скорее всего не в пещере.

Свет, который увидели ребята, был очень странный – зеленовато-голубой, ровный, немерцающий.

Триксу вспомнилась только биография Гуина Девиана, отчаянного авантюриста и жулика, который в неисследованных подвалах королевского замка встретил светящуюся аквамариновым светом русалку, плававшую в лохани с водой, поддавшись на слезные мольбы, поцеловал ее – после чего у русалки отвалился хвост, она превратилась в прекрасную деву и попросила Гуина окончательно снять с нее проклятие. Для этого требовалось из каждого сундука в королевской сокровищнице взять по монете и прогулять деньги в кабаках и прочих увеселительных заведениях Столицы. Историю эту Гуин рассказал королю и его придворным, когда стража схватила его у ворот с тяжелым мешком золотых и серебряных монет. Король Маркель (Трикс нетвердо помнил, какой именно) отнесся к истории скептически, но взбудораженные романтическим флером высокородные дамы упросили короля спасти русалку, и Гуин со своим грузом был отпущен в город.