Недотепа. Непоседа

 – Ну скажи сам, зачем великому воину воспевать отвагу в бою? А любимцу женщин – хвастать о любовных победах? Всевышний дает каждому либо умение что-то делать, либо способность красиво об этом говорить!

Трикс почесал затылок. Как-то оно все-таки обидно получалось, что бы ни говорил Амаль…

– Вечером мы идем охранять Алхазаба, – сказал Трикс. – Мы оставим своего маленького друга с вами? Никто его не обидит?

– Да ты что, – возмутился Амаль. – Даже если бы вас не боялись, никто бы мальца не обидел.

Помолчали. Потом Амаль вздохнул и произнес:

– Мы все так вам завидуем! Вы будете охранять Алхазаба…

– Ага, – кивнул Трикс, почему-то чувствуя неловкость.

– Быть может, – дрогнувшим голосом сказал Амаль, – вам даже выпадет честь… защищать его от врагов… и пасть в бою…

– А ты бы хотел пасть в бою за Прозрачного Бога? – спросил Трикс.

– Конечно! – Амаль вздохнул и понурил голову.

Трикс задумчиво кивнул. Конечно, преданность солдат своему полководцу – дело похвальное и обычное. Плох тот генерал, за которого не готов умереть хотя бы один солдат.

Но воины Прозрачного Бога не просто готовы были за него умереть, они прямо-таки об этом мечтали! Такое, конечно, тоже случается – но только если полководец совершил что-то уж совсем невероятное: победил в битве с превосходящими силами живых мертвецов, отвоевал родную землю у коварных захватчиков или искренне старался уберечь своих солдат и не посылал их на смерть почем зря.

Но ведь Алхазаб пока не выиграл ни одной крупной битвы. Он легко громил неподвластные ему племена, присоединял все новые и новые территории, но в этом не было ничего удивительного для могучего волшебника. Солдаты должны были его бояться, уважать, возможно – рассчитывать на легкие победы и богатую добычу… но вот любить предводителя так, чтобы мечтать умереть за него…

– Амаль, скажи, а почему ты так любишь Прозрачного Бога? – спросил Трикс.

Против его опасений Амаль не обиделся на вопрос и не насторожился. Он расплылся в улыбке, будто влюбленный юноша, которого попросили рассказать о любимой, и сказал:

– Ах, Три, как можно не любить Алхазаба? Ведь он не только самый мудрый, но и самый добрый человек в мире.