Недотепа. Непоседа

Настроение у него было самое замечательное!

Казалось, что башня плывет по зеленому лугу, покрытому красными брызгами роз. Ветер бил Триксу в лицо, волнами гнал далеко внизу траву. Поскрипывали над головой лопасти ветряка. С полузакрытыми веками было нетрудно представить, что внизу – бушующее море, скрипят на ветру снасти, а сам Трикс стоит где-нибудь на носу мчащегося по холодным зеленым волнам корабля. Еще захотелось пофантазировать, что впереди, раскинув руки, будто изображая парящую птицу, стоит красивая девушка и Трикс бережно придерживает ее за пояс.

Мальчику даже показалось, что в порывах ветра ему слышится чудное пение на незнакомом языке…

Звон колокольчика резко вырвал Трикса из мечтаний. Мальчик вздрогнул и отшатнулся от окна. Все фантазии немедленно вылетели у него из головы.

(Хорошо известно, что размечтавшегося человека не стоит окликать слишком резко. Конечно, россказни о том, что душа может не успеть вернуться в тело, – это всего лишь досужие суеверия.

Зато фантазии действительно из головы вываливаются – но если они достаточно яркие, не исчезают бесследно. Они несутся сквозь все мироздание, пока не попадают в другую голову, совсем в другом мире и времени.

И хорошо, если чужая фантазия пойдет на пользу. А представьте себе, как страдает дикарь, который совершенно ясно понял, как можно изготовить паровую машину или огненный самострел? Или какие комплексы испытает тихий пещерный вампир, которого угораздило поймать мечту конторского служащего о летнем отдыхе под палящим тропическим солнцем?

Но Радион Щавель никак не предполагал, что именно в эту минуту его ученик решил помечтать.

Так что укорять мага мы не станем. В конце концов, быть всегда наготове – это прямая обязанность ученика.)

Под аккомпанемент трезвонящего колокольчика Трикс подошел к переговорной трубе, торчащей из стены рядом с дверью. Вынул затычку и громко сказал в трубу:

– Слушаю, господин маг!

Трезвон прекратился.

Трикс прижался к трубе ухом и услышал далекий голос Радиона:

– Кофе, ученик! И… и булочку с яблочным джемом.

– Слушаюсь! – подтвердил Трикс. За три дня он уже хорошо узнал и распорядок дня Щавеля, и его вкусы.

Первым делом Трикс поставил на очаг чайник. Потом взял с ледника три желтые ягоды и тщательно перетер их в медной ступке. Ягоды рассыпались мелким порошком, светлеющим прямо на глазах.