А почему нам не предложили?
— Потому что это рацион преподавателей, — говорливость подруги начинает меня утомлять, но я предпочитаю не портить отношения в первый же день.
Привыкну.
Вернувшись в академию, мы находим Ирис, плачущую под одеялом. Амариллис аккуратно подцепляет ноготками за краешек и машет перед её припухшим от слёз лицом пакетиком с креветками.
— Ну чего ты сопли распускаешь, — пытается по-своему утешить её Мари, но делает только хуже. Ирис начинает всхлипывать без остановки, и я спешу набрать в стакан воды.
— Вот, выпей, — сажусь с другого края и подношу к её губам. — Тебе обязательно полегчает!
— И креветки мои возьми, — тяжело вздыхает Мон-Блоссом, — только мне одну оставь, хорошо?
— Спас-сибо, — слегка заикается Ирис, залпом осушив стакан, а пакетик с креветками решительно отодвигает. — Ешьте сами, у меня аллергия на морепродукты. Вы… Вы такие хорошие! А он… он… он!
Нижняя губа начинает предательски дрожать, и блондинка вот-вот снова разразится рыданиями. Амариллис выхватывает из пакета длинную четвертинку огурца и ловко суёт ей в рот:
— На, похрусти.
Представляй, что это кости той размалёванной девицы, — нарочито весело произносит Мари, и бедняжка, робко улыбнувшись, послушно хрустит свежей, сочной мякотью с упругой кожицей и мелкими семенами.
По комнате плывёт лёгкий, слегка травянистый запах, напоминающий о беззаботных деньках после сдачи школьных экзаменов.
— Как думаете, он от нас отстанет? — доев огуречную дольку, она тянется к ящичку с овощами и выхватывает маленькую помидорку.
— Отстанет, — решительно кивает Амариллис. — Сегодня мы ему попали под горячую руку, завтра будут другие, послезавтра третьи. Главное, не занять очередь на второй круг. Будем пока держаться от него подальше, а там присмотримся. Бьюсь об заклад, такой сильный, уверенный в себе красавчик вполне может дать слабину при виде настоящей женщины, а не той белобрысой курицы. Напялила на себя вещички якобы по последней моде, но не учла, что подделка видна невооружённым глазом.
Я не разделяю её оптимизма, но решаю благоразумно промолчать. Надеюсь, соседки смогут избежать гнева Тэйрана, а вот что касается меня…
“Хана тебе, малышка.”
Как наяву слышу пропитанную ядом и неприязнью интонацию. Слова вновь и вновь вонзаются в мой мозг раскалённым кинжалом. Даже сейчас, в своей комнате, я чувствую исходящую от него опасность.
Нет, Амариллис, ты не права. Он не отступит, пока не добьётся своего.
