Три пары из нашей академии вскакивают со скамеек и с возбуждёнными криками хлопают нас по плечам. Пока ещё искренне желают удачи. В первом этапе главное — не уронить престиж академии. Есть мы и есть они — соперники, конкуренты.
А вот со второго этапа накал станет куда жарче.
Чувствую мощный прилив адреналина. Из головы разом вылетают все лишние мысли.
Обиды? Недомолвки? Сейчас им нет места в нашей паре. Мы — атакующий и защитник. Единый организм, слаженная команда.
Словно в противовес моим словам Тэйран идёт вперёд не оборачиваясь.
Тонкая чёрная водолазка подчёркивает широкие плечи и бугрящиеся мышцы спины. Штаны из плотной ткани облепляют рельефные ноги, и я могу поймать своё отражение в его начищенных до блеска сапогах.
Ни напутствия, ни пожелания удачи.
Словно я пустое место.
Дело в грубом отказе или он, обломав клыки о крепость “Мон-Стерр”, потерял ко мне интерес? Спросить бы, да не ответит.
Стоит нам выйти на поле, как трибуны взрываются яростным гулом. Наши студенты хором скандируют “Кал-ла-хан-Мон-Стерр”.
Сердце совершает кульбит и бьётся барабаном, будто древний призыв к битве. Кровь пульсирует в жилах, дыхание учащается, а сознание настраивается на предстоящий бой.
Каллахан каменно спокоен. Проходит на стартовую точку и внимательно всматривается в лица зрителей, словно кого-то ищет. Девушки визжат и пищат, желая ему победы.
Причём только ему, не нам.
Плевать.
Встаю по правую сторону от Каллахана на позицию защитника. Руки строго по швам: если кто-то решит, что я раньше времени начну формировать сферу — нам объявят дисквалификацию.
— Вторая пара представляет Северную Академию Высшей Магии, — объявляет Алайна Блейз, совмещая обязанности распорядителя и председателя оценочной комиссии. — Гарфилд Мон-Кратс и Престон Дэш.
Проходит чуть меньше минуты, хотя для меня это время кажется вечностью. На боевое поле выходит тот самый рыжий в сопровождении тучного здоровяка, ростом с Каллахана или чуть выше.
Кидаю быстрый взгляд на Тэйрана и замечаю, как по его шее и подбородку скользит едва заметная рябь чешуи, но тут же исчезает.
Челюсти решительно стиснуты, глаза горят.
— На врага смотри, — по-змеиному шипит дракон. Как он увидел? У него что, глаза ещё и по бокам?
— Ты невыносим, — цежу сквозь зубы и морщусь, глядя на рыжего. Парень неприлично натягивает щёку языком и смотрит на меня с выражением голодного самца.
До начала схватки остаются считаные мгновения.
